Неодолимая сила обстоятельств

* * *

Через несколько часов Санька и Сашка молча обозревали два разомлевших тела, развалившихся на диване голова к голове.

– Где мы им постелим? – наконец прервала молчание Санька.

– Ромку возьму с собой, – неуверенно ответил Сашка. – Давай так: мальчика к мальчику, а девочку к девочке.

– Н-н-никуда ме-ме-меня не н-н-надо! – пробормотало туловище в женском обличье. – Я на-на-на такси д-д-доеду. И этого задохлика заберу, сдам Ксюхе на руки.

– Ну давай! – обрадовался Сашка.

– Мне только это тело помочь во двор вывести надо.

– Не вопрос, – ответил Сашка и словно пушинку поднял друга.

Глава 4

Ленок

Ленок на кухне колдовала над чаем, а за столом сидел чужой мужчина. Ну, не совсем чужой…

* * *

Когда она проснулась от грохота разваливающегося шкафа, то не на шутку испугалась, аж одеяло натянула от испуга. Но почти сразу же стало смешно: из кучи, состоявшей из одежды и обломков шкафа, показался Ромка с её трусами на голове вместо шапки.

В глазах её ночного кавалера сменялись поочерёдно непонимание, паника, ужас от содеянного.

А ведь она вовсе не планировала ничего специально. Просто, когда ехали в такси, Роман придвинулся к ней, обнял, наклонился и стал целовать – пылко, жарко. От страстных поцелуев они оба так распалились, что по приезде на место, не сговариваясь, вывалились из тачки и пошли к ней домой.

– Дома твоя Ксюша, надо полагать, постель тебе, дураку, греет, пока ты по чужим бабам шляешься, – с досадой ответила она на вопрос о Ксюше, встала, зажгла ночник и стала исследовать кровать и её окрестности на предмет наличия своего халата. И добавила: – И не ори ты так, детей разбудишь.

Поздно! Дверь, оказавшаяся совсем не в той стороне, куда ломился Ромка, отворилась. И на пороге возникла трущая спросонья глаза пятнадцатилетняя дочь.

– Мама! Всё нормально? Что за грохот? – начала она и споткнулась на полуслове, увидев голого мужика, а напротив, возле кровати, такую же обнажённую мать, торопливо запахивающую халат. – Дядя Рома?!

Несмотря на всю серьёзность ситуации, Лена не смогла не ухмыльнуться, видя, как Ромка после вскрика дочери встал в позу футболиста, готовящегося отразить штрафной удар (Ленок после первого мужа была страстной болельщицей).