Радости моего детства

Я полностью отбросил мысли о сне и начал вспоминать.

Время пять утра, я ещё маленький, лет семи или восьми от роду, иду с бабушкой Зиной на трамвайную остановку, она меня усиленно подбадривает, надо поторопиться, ведь ехать целый час на другой конец города, чтоб успеть на рейсовый дачный автобус. Успели! Дальше бежим с трамвая на автобусную остановку и занимаем там тридцатиметровую очередь, задача одна – заполучить сидячие места! Предстоит более часа пути в стареньком, набитом людьми автобусе по омским загородным дорогам, на которых можно смело тестировать танки.

Не смогли выбить себе места. Но не беда! Баба Зина определяет меня к кому-то на руки (добрая половина автобуса её знает), а сама усаживается на заботливо прихваченный с собой стульчик-раскладушку с тряпочным верхом: палочку-выручалочку всякого пенсионера и дачника. Через десять минут выезжаем, наконец, из душного бетонного города и начинаем любоваться сибирскими просторами лесостепи, уже позабыв про тесноту и неудобства.

Путь от дачной остановки непосредственно до самой дачи заслуживает отдельного внимания. К слову, я всегда пытался застать момент «состыковки» входной двери автобуса с очередью дачников, следовавших назад в город: мне нравилось, как водитель медленно и степенно по круговой траектории влево подводил автобус к очереди и практически всегда останавливался напротив первого дачника. Очередь с армейской дисциплинированностью выдерживала нашу разгрузку, после чего усталые садоводы рассаживались в автобусе и уезжали на заслуженный отдых.

Мы же выходили из автобуса и по-хозяйски проверяли сумки с провиантом и всякой всячиной, служащей нужным подспорьем в нелегком труде сибирского дачника. Нам предстоял трёхкилометровый переход до самого дачного участка, и мы выбирали, как нам идти: поверху или понизу. Путь поверху был более приемлем во влажную погоду, бабушка его любила, поскольку идти следовало по траве, вдали от колдобин и размытых дорог.

К восьми утра мы добирались до любимой бабушкиной дачи. Её полностью проржавевшие, составленные из прутьев ворота, замотанные пучком проволоки вместо замка, стоят и сейчас у меня перед глазами.