Радости моего детства

Только рука была, и я это знал точно, а было ли всё остальное, включая весь мир…

Я шёл из последних сил, не оглядываясь, шёл и вспоминал маму. Мне вспомнилось, как однажды я нарисовал фиолетовое небо. Просто так. Мама спрашивала меня, почему оно фиолетовое? А я отвечал, что так веселее. И мы с мамой пошли гулять по яркому миру с фиолетовым небом и бирюзовым солнцем, с красной травой и синими деревьями. Мама была жёлтой, а я оранжевым, потому что так веселее…

…Я очнулся. Небо было белым, солнце бледно-жёлтым, а мама испуганной.

– Мама.

– Молодой человек, вы очнулись? – Резкий голос медсестры вывел меня из полусна. И мамы рядом нет… Та, кого я принял за маму, вышла позвать врача. Но я не хотел его видеть.

Позвонить бы сейчас маме… Как она там? Вспомнить о том, как мы бежали под предгрозовым свинцовым небом, пытаясь успеть на электричку, пока не хлынул дождь. И уже под пластиковой крышей считали первые тяжёлые капли, падающие важно и солидно.

Или как мы, сидя на скамеечке в сквере, смотрели на заходящее солнце, медленно опускающееся за полосочку горизонта. А небо переливалось всеми оттенками розового, будто мы оказались внутри огромной ракушки! Солнце красной жемчужиной опускалось всё ниже, облака медленно становились сиреневыми, потом фиолетовыми… И, когда солнца уже не видно, небо темнеет и зажигает точечки звёзд.

Или как мы шли через весь город, а я такой гордый – в новых сандалиях. Небо синее с белыми, как будто немножко седыми облаками. С таким солнцем, если посмотришь на него украдкой, а потом зажмуришься, то везде мерещится его синеватый отсвет – на домах, заборах, старой школе… Маму я держу за руку, чтобы не потеряться. Вроде бы и хочется уже самому, как взрослому, а вроде и страшно без мамы пойти, отпустить её руку. Вот и представляешь, что это не мама тебя ведёт, а ты – маму.

А ещё мы с мамой качались на качелях! Небо синее, ни единого облачка, день яркий и солнечный, мама смеётся, и волосы у неё от ветра смешно разлетаются в стороны. И в них рыжим котёнком играет солнце, перебегает лучами с одного локона на другой. И мне тоже хочется смеяться и летать. Качели всё выше, выше, выше…

– Ну, молодой человек, как мы себя чувствуем? – входит врач.