Смерть во имя истины

И минуя этот порог, он, как всегда, не удержался от кривой улыбки. Эта богатая дверь была единственным украшением покоев, которые она скрывала.

Глава Земного царства Пастуха, истинного бога нашего, Феликс Второй чурался блеска и роскоши, и как Хранитель, предпочитал простоту в быту. Покои его были скромны, как у рядового воина. Сам Глава в этот поздний час, одетый так же в тунику, сидел на низком табурете за небольшим столом для письма. Ложе его было нетронуто, Свечи, расставленные по кругу комнаты, чадили, когда в открытое окно врывался ночной ветер.

– Не бережешь себя, брат, – неодобрительно заметил Хранитель, указывая на окно.

Глава встал из-за стола и улыбнулся.

– Должен же я хоть когда-то дышать свободно, брат, – ответил он, поживая Хранителю руку, по солдатскому обычаю, так не свойственному верховным сановникам Церкви.

На сановника был он похож, пожалуй, еще менее, чем его Хранитель. Глава больше напоминал языческого героя или легендарного царя древности. Руки его и тело были привычны к оружию, а не к пергаментам и скипетру.

– Пока ты посвящаешь себя своему любимому делу, -продолжал Глава с той же мальчишеской лукавой улыбкой. – Я могу жить, не чувствуя за свой спиной твоего дыхания и внимательного взгляда.

– Я рад за тебя, Феликс, – так же улыбнулся Хранитель. – Я лишь жалею, что ты упускаешь такие драгоценные минуты сна, что необходимы тебе еще более, чем мне.

– За все надо платить, Саймей, – напомнил Глава, запустив руку в копну волос цвета спелого колоса. – Зато ты спишь за двоих.

– Не часто, – возразил Хранитель. – Да и ты имеешь привычку мне мешать.

Феликс стал серьезным. Он одарил брата напряженным взглядом, а потом жестом позвал его к столу.

– Прочти, – протянув Хранителю пергамент, он начал шагать по комнате в тревоге и нетерпении.

Саймей погрузился в чтение, быстро пробегая взглядом по строчкам письма.

– Убийство…. – брови Хранителя взлетели, выражая его удивление. – Странно….Брат, окажи мне услугу. Сядь. У меня путаются мысли, пока ты мечешься.

– Ты бы давно был мертв за свое непочтение, если бы Главой был не я, – проворчал Феликс, усаживаясь на край ложа.

– Меня бы здесь не было, если бы ты не занял трон, – напомнил Саймей, усевшись на табурет.