Герой на героине

К чему я это рассказал? Да к тому, что теперь мне почти сорок, я стар и болен, а мой друг так и не поехал на афон. Он даже не заходил в церковь, боясь строгого взора с икон. Он молился темному небу вечерами, а днем делал то, чего стыдился.

Наши мечты не сбылись.

И так бывает слишком часто, почти всегда. Жизнь на своем исходе оборачивается так, как ты уж точно не ожидал, и губя минутным импульсом свое будущее рискуешь умереть с позором, не дотронувшись того света, который манил тебя всегда.

Я начал о семье и отце, закончил о себе и смерти.

Со мной такое случается часто. Но мне легче говорить о собственной смерти, чем о детстве и родителях, дыхание которых прервалось на мою беду.

Часть 1. Глава 5.

Спустя год свободы и кутежа, после моего восемнадцатого дня рождения я получил повестку от военкомата. Я не то что не бегал от этой участи, но ждал ее. Я был погружен в бесконечную вереницу развлечений и греха, и получив белый, слегка помятый лист от мужчины в форме воспринял это как спасение и тут же, следующим днем явился на медкомиссию.

Уже вовсю разыгралась чеченская война. Я пришел в военкомат и ждал своей очереди, слушая беседы юных парней об этом событии. Кто-то боялся смерти и крови, кто-то желал геройства и отваги и мечтал попасть в горячие точки. Я испытывал и первое и второе, молчал и ждал. Когда же подошла моя очередь и я прошел по кабинетам, в последнем был кардиолог, и он проверял сердце. Увы, я оказался слаб и болен. Не годен. Сердце мое, которое никогда меня в жизни не беспокоило оказалось слишком слабым для службы.

Вышел на улицу, закурил. Наверное не суждено мне родину защищать, или хотя бы служить ей пару лет. Я создан для другого. Бог наградил меня болезнью, чтобы я не умер на войне, и ею же предсказал мою смерть. Потому что в тот день я снова позвонил Анатолию с таксофона, и предложил встречу. Друг пригласил меня отдать визит своему приятелю, и от скуки я согласился.

Вечером того же дня я был в квартире молодого человека по имени Ферхат, явно кавказской крови.

Его пристанище было полно старинных предметов, в хорошем состоянии но явно проживших больше своего обладателя раза в три.