Герой на героине

Деньги дают тебе все, и сулят опасность.

Ты знаешь что у тебя в кармане пачка долларов, и уверен что купишь на них все необходимое, но знаешь что за любым углом тебе могут пригрозить ножом и отобрать твой комфорт, твое будущее и твое удовольствие. Отберут пачку, две, три, и ты наймешь охрану. Но разве пропадет от этого страх? Теперь тебе станет мало двух мужчин в черных костюмах. Ты уже боишься пули меткого снайпера.

Тебя Любят, не зная тебя и твоего нутра. И тебя разлюбят, как только кончатся зеленые бумажки.

Почему об этом говорю я? Ведь у меня никогда не было денег!

На самом деле пару раз мы с Анатолием сбывали товар, переданный Ферхатом и неплохо наварились. Я положил деньги в банк, под процент. Потом Анатолий подарил мне автомобиль, и я просидел за рулем от силы пару лет, и распрощавшись с Анатолием автомобиль продал а деньги снова положил в банк, и жил на проценты. И у меня было чертовски много женщин с сожженной слизистой носа, из за вечного вдыхания кокса. Я не влюблялся. Разве можно Любить распутниц? Из распутниц я Любил лишь Елену, но она не отдавала мне свое тело, а отдала душу.

И все таки розы на снегу поразительно красивы. Замершая красота. Они мертвы за великое. Они мертвы за эстетику, что является началом искусства. Творить бы, творить.

Я растерял талант, скитаясь по городу ночами. Мои руки забыли как держать кисть, а чернила на моем рабочем столе засохли.

Умер Родион, герой Любви и искусства. Умер, и воскреснет едва ли. Слишком поздно возвращаться к истокам. Корни древа жизни прогнили, а листья опали.

Часть 2. Глава 1.

Пять лет спустя.

Выбирая из двух зол меньшее, ты по-прежнему выбираешь зло. И откуда знать тебе, смертному, что из этих зол безопаснее тебе и миру?

Я распрощался с Анатолием. Отец отправил его за границу. Он писал мне письма, называл братом и советовал поберечься, ибо мы слишком молоды, чтобы играть с судьбой.

Была поздняя, зимняя ночь. Я чувствовал упадок сил, тоску и холод. Я знал, что кокаин помог бы мне и я стал бы прежним, но у меня на него попросту не было денег. Даже Ферхат перестал давать в долг, зная, что я точно не верну.

И я лежал на своей кровати с засаленным постельным бельем, глядел в потолок и желал себе эвтаназии.