История одной эмигрантки

Как больше никто не будет курить рядом со мной, учить жизни и, господи, теперь не надо будет переезжать каждую неделю! Но вот только вопрос: зачем я вообще это все начала?

Больше он мне не писал, через неделю мне на карту прилетело $150 за квартиру, которую мы снимали. Без комментариев. Как сказала моя мама, все равно козел.

Глава 11. А что будет, если остаться тут жить?

Последнее время я много размышляю о бизнесе, эмиграции и обо всем другом прекрасном. Этот год многое поменял, я просто проснулась в один момент и поняла, что в России будущего нет ни для меня, ни для бизнеса.

Мне не страшно переезжать и начинать все заново, но самый большой квест – это определиться, где ты хочешь жить и где будет хорошо бизнесу. Я была в 60+ странах, и ни одна из них не вызывает у меня жгучего желания собрать чемодан и лететь туда первым рейсом. В особенности Албания, конечно.

Документы и разница в уровне жизни – это малая доля проблем эмигранта. Комьюнити, язык, ментальность.

Да и уезжают люди из своих стран не от хорошей жизни. Спроси меня год назад, где я хочу жить, я бы ответила – конечно, в России, в Питере, максимум в Москве.

Я смотрю на все через призму бизнеса, потому что локацию я сменить могу, а вот свою сущность вряд ли. В целом я считаю Россию очень неплохой страной для бизнеса, в особенности, если ваш рынок не местный. Но то, что меня действительно толкнуло на этот шаг, это понимание, что никто твоему бизнесу в кризисной ситуации помогать не будет.

И это обидно, потому что за 2019 и 2020 я заплатила налогов на пару квартир в центре Питера, и еще больше меня гложет, что, когда начался карантин, никакой помощи бизнесу не было.

Вся эта ситуация меня изрядно подогрела, и на фоне других проблем я даже задумалась о надобности российского гражданства в целом. И тут до меня дошла очень простая истина, произнесенная словами моей матери, – тебя больше в Питере ничего не держит, да и вообще в России.

Это очень простая вещь, до которой я так долго шла. Она заключается в том, что я слишком люблю себя, чтобы жить в таком климате и в таких условиях. Есть вещи, которые стали сильно очевидны. После осени в Восточной Европе обострились далекие от моих ценностей моменты. Например, люди, живущие на дошираке и кредитах, зато с новым айфоном и сумочкой Гуччи. Токсичность, что женщина должна родить и выйти замуж, правда, кому она это должна, – не понятно.