Жизнь – сложная штука

«Этого ещё не хватает», -проматерился я про себя и остановился на обочине.

– Сержант Смирнов, – представился он, -Ваши документы.

Я отдал.

– Пройдёмте в нашу машину

Глубоко вздохнув и вспомнив всех и вся нехорошими словами, я поплёлся за ним в их машину.

– Командир, там бабушка при смерти,– попытался я оправдаться. Но ничего не получилось.

Я сел в патрульную машину.

– Лейтенант Стрижёнов, – представился старший.

– Что ж вы, товарищ водитель, так безбожно нарушаете скоростной режим, -спросил он.

– Командир, у меня бабушка в машине, последняя стадия рака, еле жива. Вот тороплюсь её скорей отвезти в больницу.

– Нет, ну я всё понимаю, но сто сорок километров в час в населённом пункте -это явный перебор.

– Да, я согласен, но бабушка!

– Будем оформлять? Это лишение прав? – спросил он, играя ручкой и вопросительно, с намёком, смотря на меня.

– Командир, я не готовился к поездке, с работы сорвали, только 1000р.

– Не, ну за такое нарушение 1000р мало, – сказал лейтенант.

В это время сержант сходил к моей машине, нагнулся, посмотрел в салон, покачал головой и вернулся.

– Бабка действительно очень плохая, – сказал он.

– Да я всё понимаю, – лейтенант нервно крутил ручку, – но такое превышение. А если бы там по деревне другая бабка шла, и вы бы её сбили. Тогда что?

Я обречённо смотрел в окно, разговор шёл по кругу, время шло. Наконец, через пол часа обсуждения правил дорожного движения, сложившихся финансовых обстоятельств и милосердия, лейтенант в сердцах бросил ручку на пол и сказал:

– Положите под сиденье и поезжайте.

Я забрал документы, сел в машину и поехал дальше. Дождь уже прекратился, на улице стало посветлей, но я всё равно стал ехать аккуратней. Да и рюмка коньяка с ужином как-то отошли на второй план. Я ехал и думал, ну как же так, делаю ж благое дело и вдруг такое наказанье. За что?

Вдруг спереди образовался затор. Я притормозил и поехал уже совсем медленно. Пробка текла, как желе по стеклу, трудно, вяло и тоскливо.

«Человека сбили», -прокомментировал человек, возвращающийся в свою машину на обочине. Бабушка шла подслеповатая по дороге, темно, дождь, её и сбил какой-то лихач на мерсе.

Я проглотил комок. А ведь это мог быть я! Я же так же мчался, как сумасшедший. И если бы “гаишники” меня не остановили, я мог бы быть тем лихачём.