Не спи! Вслед за темным даром

Женщина робко протянула руку и вцепилась пальцами в ткань его плаща. Это был странный трогательный и беспомощный жест. Рыцарь не стал высвобождаться из этой ненадежной хватки, ступал медленно, чтобы старуха поспевала за ним.

Когда до ворот ее дома оставалось всего несколько шагов, открылась калитка, на улицу вышла девушка. Такая же хрупкая, рано начавшая сутулиться, вся чем-то неуловимо похожая на пожилую женщину. Девчонка окинула охотника взглядом. Тревожным и подозрительным. Она как-то сразу поняла, кто сопровождает ее родственницу и, не задумываясь, кинулась вперед.

Девчонка оторвала пальцы старухи от рукава Идэна, буквально задвинула женщину себе за спину.

– Господин! – ее голос срывался от напряжения и страха. – Мы благодарны… Я сама. Я провожу бабушку. Отдайте воду и…

Она взмахнула рукой, не то прогоняя его, не то просто отгораживаясь.

– Нет, – вдруг живо возразила старуха. – Лия, нет. Он хороший мальчик. Он всегда помогает. Не тронь…

– В Ордене нас учили всегда оказывать помощь тем, кто в ней нуждается, – привычно ровно и безэмоционально отозвался Идэн.

Женщины о чем-то шептались сзади. Он слышал упрямые протестующие нотки в голосе девчонки, а потом ей ответила старуха, тихо, но строго.

Оставив у ворот кадку, охотник просто развернулся и зашагал обратно к своему дому.

Он работал. Вымыл пол, оттер пятно с бока печи. Охотник получал истинное удовольствие от простого физического труда, и того, что ему удавалось хоть что-то изменить, стереть прошлое, очистить этот дом от следов ведьмы, как он и хотел.

За окном тихо наступали сумерки. Пока еще робкие, серые, они прокрадывались во двор, тихонько съедали ласковый свет заходящего солнца. Идэн услышал шаги. Легкие и торопливые. Кто-то проворно взобрался по ступенькам. Кто-то вошел в кухню и остановился за его спиной. Шагах в трех.

– Господин… – все тот же девичий звонкий голос. Но теперь уже просто немного робкий и какой-то даже просящий.

Охотник обернулся. Девушка стояла недалеко от окна, немного растерянная и неловкая.

– Бабушка прислала гостинец, – сказала она. – Сказала, вы любили ее пироги. И квасу еще я принесла. Только…Тут и поставить некуда.

– На окно, – предложил он, указав на узкий подоконник.

Она тут же развернулась, стала осторожно устанавливать глиняный кувшин, положила рядом пирог, замотанный в тряпицу.

– Теплый еще, – заметила девушка. – Поешьте.