Эксперимент. Педагогическая утопия

В редкие минуты, когда работа была сделана, Нина обнимала сына, уткнувшись носом в его светлую макушку, и тяжко вздыхала. Она вообще всегда молчала, и Коля не знал, о чем она постоянно думает.

С тяжелыми мыслями мальчик возвращался домой. Казалось, что к ногам его привязаны пудовые гири. Он оттягивал миг, когда зайдет домой и увидит красные заплаканные глаза матери. Впереди долгие часы ожидания. Что будет сегодня? Придет ли отец сам, или его притащат дружки? Лучше пусть дружки – тогда у него не будет сил гонять сына и жену.

Тогда не придется прятаться по углам и сжиматься от ужаса.

Знакомство с новой учительницей в этот момент казалось чем-то сказочным, не из этого мира. В мире Марины Владимировны уж точно не было таких людей, как его отец. В её мире была мудрая бабушка и шкатулка с чудесными предметами.

Большой деревенский двор, собака на цепи, сухая, без единой травинки, земля. Из сараев слышно хрюканье свиней и храп коня. Мать встретила Колю на крыльце.

– Коленька, ты пока отдохни, покушай, а я к тёте Вере сбегаю.

Соль закончилась, а в магазин бежать далеко.

Нина прятала от сына опухшие от слез глаза. «Знает», – понял парнишка. А к соседке она не за солью бежит, а договариваться о ночевке. Может, оно так и лучше, чем сидеть и ждать, что сегодня будет. Да и ничего хорошего уже давно не было. С каждым запоем отец становился дурней и уже нередко пугал родных ножом.

Ночевать у соседей Коля не любил, хоть там и жил его одноклассник Рома, с которым они дружили. Да и не просто соседкой была тётя Вера, а сестрой Ивана.

Потому и принимала на ночлег непутевую сноху с племянником. Именно из-за этой показной благодетельности Коля и не любил тётку. Он чувствовал в каждом её взгляде, в каждом слове превосходство над убогими родственничками.

Одно радовало, что можно будет с Ромкой поиграть в гоночки на приставке «Денди». У Архиповых дома не было игровой приставки, даже телевизора не было, и Кольке было немного завидно, когда одноклассники обсуждали очередную игру. В такие моменты Коля чувствовал себя неудачником.

Уйти в этот вечер из дома Коля с мамой не успели. У ворот послышалось тарахтение мотоцикла, и калитка с жалобным звяканьем раскрылась от пинка грязного сапога. Иван Архипов был пьян, но еще не настолько, чтобы падать. Он был в состоянии злого возбуждения. Не хватило! В такие дни все были у него виноваты. В первую очередь жена.

– Где эта?! Куда опять умотала? К Верке жаловаться?

Как на грех, Нина вернулась от соседей.