Служу в полиции параллельного мира

Причем последнее более вероятно.» – решила девушка. А если она права в свих догадках, тогда вообще все ясно.

– Скажите, Люша, – осторожно начала она, – Ваш муж любил золотые шары?

– Да. Их все любят.

– И после них настроение сразу праздничное, и жизнь хороша. Правда?

– Конечно, – у женщины на лице даже промелькнуло подобие улыбки.

Пока догадка Марты подтверждалась, но надо бы еще проверить.

– Детям, я надеюсь, Вы их не даете? – строго спросила она.

– Нет, что Вы! – испугалась Люша.

Так и есть! Золотые шары – это не еда, это спиртное!

– Не злоупотреблял ли Ваш муж золотыми шарами? – продолжала девушка.

– Да, нет. Бахнет, как все, штучек сорок – пятьдесят в праздник и все.

– А какое количество он закупал их каждый год, Вам неизвестно, правильно я понимаю?

– Я и не спрашивала.

– А не бахал ли, как Вы выражаетесь, золотые шары Ваш муж не по праздникам? Скажем по вечерам?

– Я бы заметила, – растерялась гномиха.

– Но ведь он приходил, когда Вы уже спали, – резонно заметила Марта, – вы могли и не заметить.

– Возможно.

– Ну что ж, лично мне все ясно.

– Вы знаете, кто убил моего мужа? – удивилась Люша.

– Почти. Но нужно еще кое-что проверить.

Тут и Эрин вытаращил на Марту глаза. Неужели, ее занесло? Просто так говорили сыщики в фильмах, которые она смотрела.

Распрощавшись, наконец, с Люшей, служители закона выбрались наверх. Гномий народ куда-то делся.

– Могу я услышать Вашу версию? – спросил Эрин.

Сначала Марта хотела сохранить интригу, но потом не выдержала.

– Налицо зависимость, – быстро заговорила она, понизив голос. – Этот Кукис в тайне от жены покупал по дешевке много-много золотых шаров. Каждый вечер он бахал их в сарае, может, один, а скорее всего с каким-нибудь приятелем. И вот однажды, употребив лишку этих золотых шаров, они что-то не поделили, и, вуаля, – убийство. Или жена застукала его и со злости пришибла. Вот и все! Дело раскрыто!

– Вы это сейчас серьезно?

– Ну, конечно, – горячилась Марта.

К ее предположениям Эрин отнесся очень скептически и даже с некоторым недоумением. «Ладно, ладно, – с обидой думала Марта, – посмеюсь я, когда ты окажешься в дураках!» Она даже решила, что ничего тогда не скажет, лишь посмотрит свысока, да улыбнется снисходительно.