Обратный интеллект

 – Только пусть Миша уберет камеру, мне неудобно, – Жмуркина разложила на столе газеты и приготовилась. – Не обращайте внимания, Наталья Ильинична, я же ваш сотрудник, – мягко прогудел динамик и объектив деликатно отвернулся чуть в сторону. – Ох, извините, пожалуйста, я просто не так уж подготовлена, поэтому зачту… Так… Начало новой посевной страды в колхозе Рассвет… – голос Жмуркиной плавно зажурчал газетными фразами так, что через минуту уже невозможно было понять, как же это журчание может содержать отдельные слова и даже какой-то смысл.

На этот случай каждый сотрудник давно уже выработал свой способ ухода от принудительной действительности. Женя задумался, вспоминая формулировки из потерянного листка, Миша откровенно мучился вынужденной неподвижностью, даже телекамера СИР, как бы зевая, задралась в окно на далекую перспективу города. Вдруг в воздухе появился бумажный самолетик и, слегка покачиваясь, поплыл к Наталье Ильиничне. Он развернулся у нее над головой и, когда кончилась его аэродинамика, клюнул носом, прямо в ее дружелюбно декольтированную грудь. Такие самолетики в отделе изготовлял только Рязанов. Жмуркина отчаянно вскинула голову: – Ну, Миша, не ожидала! Я считаю, что это – прямое оскорбление. – Черте что! – загудели долготерпевшие женщины, – Евгений Саныч, оградите нас хотя бы от хулиганства! – А разве не оскорбление то, что столько людей, как болваны, вынуждены убивать время? – прямодушно спросил Миша, – Вон, даже СИР смотрит в окно! – Я пытаюсь разглядеть поля колхоза Рассвет, – неуверенно забубнил динамик, оправдываясь, – и я записал весь текст чтобы потом… – У СИР такой принцип действия, – перебил ведущий инженер Кир Добрыч, неторопливо поглаживая колкий подбородок, – он не может останавливать внимание на монотонном малозначащем предмете. Внимание сразу переключается на более значимое. – Я, значит, малозначимая? – ахнула Жмуркина, жестоко комкая самолетик и передергивая грудью. – Да не вы, – снисходительно скривился Миша, – Кому нужна такая политинформация если окно – более значащий предмет? – Ну, извини, Миша, по-другому не умею, – процедила Жмуркина мстительно, – Попросишь ты меня чертежи оформить… – Потом зайдешь ко мне, – оптимистично отрезал Женя и Миша хмуро затих, – Продолжайте, Наталья Ильинична. Женя чувствовал, что еще немного и он не сможет управлять своей демократичной объективностью. Ему захотелось жестоко приструнить Мишу, вшибить из него эту невыносимую уже демагогию. Кто-то настойчиво постучал в дверь.