Чернокнижник

Предательница-луна светила  слишком ярко – прятаться им было негде. Лаки все казалось, что оборотни – или кем они были – заранее знают о ее с Мастером присутствии, просто тянут время. Но, похоже, те и вправду были заняты. Почти слепые, не чувствовавшие ничего, кроме боли, звери пытались лезть по стене наверх. При помощи магии  они взлетали  и неловко перебирали лапами в воздухе – очевидно, надеялись, что смогут обмануть хитрое заклятие и каким-то чудом проникнуть внутрь крепости. А Лаки с Мастером бежали к стене с другой стороны,  надеясь остаться незамеченными.

Вдруг Лаки споткнулась обо что-то мягкое и повалилась вниз.

–Ох! – вырвалось у нее.

Дальше все происходило как в замедленной съемке.

Оборотни одновременно вздернули свои узкие морды (сейчас Лаки разглядела их очень хорошо), фигура медленно стала поворачиваться в их сторону. Лаки, вздрогнув, опустила взгляд – под ногами лежало сильно изуродованное тело. Человек… Что-то темное и липкое сочилось из шеи… Лаки почувствовала дурноту.

–Бежим! – первым опомнился Мастер.

Они припустили во весь дух, и волколаки бросились им наперерез. Ноги стали ватными – девушка вспомнила о прошлой ее встрече с одним из зверей в подвале. Не переставая бежать, Мастер выхватил из-за пазухи револьвер, на секунду замер, прицелился и начал стрелять. Один, два… По очереди звери, как подкошенные,падали на скользкую от росы траву. Впопыхах и  Лаки, и Мастер забыли о фигуре в плаще.

–Уходите, – голос был шуршащим, как сухая листва, – нам жертвы не нужны.

–Нам тоже, – зло крикнул Мастер в ответ, – мы заберем наше. И не уйдем без этого.

В ответ раздалось отвратительное шипение, словно из пустого крана, и уже другой голос – женский – ответил им:

–Тогда  вы умрете.

–Бежим, – почти не разжимая губ, прошептал Мастер Лаки, – бежим к стене.

Оборотням понадобилось несколько секунд, чтобы понять – их добыча снова удирает. Грозно зарычав, они метнулись следом, с каждым огромным прыжком приближаясь все больше.

"Если они догонят нас, – подумала Лаки, несясь во весь дух, – мы тожебудем валяться в траве с перерезанными глотками. И я умру снова".

Каким-то десятым чутьем она поняла, что делать.