Чернокнижник

В чуждом для тебя мире случилось…, – дядя Лаки замялся, подыскивая слова, – отторжение. Это словно рыбу выбросить на сушу. Ты взрослела, твое тело крепло, но оно было в чуждой для тебя среде. И я наконец принял решение перенести тебя в Аргению. Ты не умерла, Лаки. Ты жива. Ты живешь там, где должна была родиться. Это твой дом.

–Андрей… Анжело, я ведь и правда думала, что умираю, – происходящее все еще не укладывалось в голове Лаки.

–Нет, Лаки. Поверь мне, ты жива. И здорова как никогда.

Лаки постояла, в задумчивости рассматривая свои руки.

Еще недавно ейбыло очень страшно умирать. И вот, когда она уже едва соображала и старалась утешить себя мечтами о загробном мире – она оказалась жива-здорова.

–Я думала, что если умру, то увижу родителей, – наконец сказала девушка, – яведь никогда их не видела.

–Извини, дорогая Алиса, но это невозможно. Потому что твои мама и папа умерли по-настоящему. В этом мире.  Давным-давно.

При этих словах горе не накрыло Лаки с головой – она примирилась с потерей много лет назад и попросту не знала, каково это – иметь родителей.

Внутри ее сердцавсегда было пусто –  так и теперь ничего не изменилось, кажется. Была ли у неена какую-то долю секунды надежда? Сложно сказать.

–Получается, они  были… из того же мира, что и я? Ты же знал их… Ты же мой дядя, брат моей мамы…

–Я не твой дядя.

Анжело пристально посмотрел на Лаки и, сделав видимое усилие над собой, произнес:

– Я твой дед.

-Тебе может быть сложно в это поверить, но это правда. Я твой дед.

Я отец твоей матери.

–Это… – слова выскакивали одно за другим, взахлеб, – этого не может быть! Ты молод! Так не бывает!

–Ты переутомилась, Лаки.

–Ты врешь! – она подскочила к нему. – Ты говоришь бред! Мои родители умерли, но ты слишком молод! Как ты можешь быть моим… моим дедом! – последнее она выпалила с показным пренебрежением, будто перечеркивая все сказанное до этого Анжело. – Где мои родители? Что с ними?

Пол под ногами покачнулся.

–Я расскажу тебе… потом. Ты еще не до конца восстановилась, сейчас надо отдохнуть.

–Ты же врешь! – на этот раз в глазах действительно стали плясать светляки, как после долгого напряженного труда.

–Тебе надо поспать.

"Тебе надо поспать". В ушах раздался колокольный звон. Ноги подкосились. Лаки повалилась навзничь. Что-то толкнуло ее, и она упала… кажется, в кресло. Больше она ничего не слышала. "Тебе надо поспать", – повторяла в голове заевшая пластинка, – "Твой дед. Поспать. Тебе надо поспать…".