Повинуясь ветру

Если бы она знала, что такой неожиданный подарок, как платье из салона, Полин преподнесет ей с недобрым умыслом, ни за что бы не приняла его и не надела, – Ты слишком идеализируешь этого молодого человека, Полин.

– Что я могу поделать. Мне никто еще так не был приятен. Ты же не будешь отрицать, Анни: Элив был самым красивым молодым человеком среди гостей. Разве может с ним сравнится мрачный капитан. За весь танец сделал мне один комплимент и более не проронил ни слова. А Элив непрестанно говорил и шутил.

– Уж не влюбилась ли ты, дорогая.

– Я? Нет, конечно. Это лейтенант должен влюбиться, а я поощрять его чувства. Так говорила мама.

– С графиней я не поспорю, но только, думаю, она не всегда учила тебя правильному.

– Перестань. Ты как папочка еще про долг и честь мне заговори. Скукотища.

Девушка накинула пеньюар и побежала к отцу поделиться радостью от полученных цветов. Каково же было ее удивление, когда в гостиной она застала помимо отца еще и неприятного капитана.

– Полин, что за вид! Немедленно переоденься.

– Вижу, букет пришелся вам по душе, – капитан вежливо поклонился в знак приветствия.

– Цветы от вас? – прелестные глазки расширились от изумления.

Роал кивнул и горько усмехнулся. Ему стало понятно, что Полин так бережно прижимала к себе эти розы, будучи уверенной, что их прислал кое-кто другой.

Сокрушенная девушка поспешно вернулась в свою комнату.

– Ты представляешь, Анни, там внизу капитан Дерин. Похоже, он с нами будет обедать. И цветы от него. Они мне не нужны, – лепестки от брошенного с силой об пол букета разлетелись в стороны, – Что он о себе возомнил?

– Дорогая, ты не должна себя так вести. Капитан просто учтив с тобой, как хозяйкой дома. Не капризничай и не огорчай отца.

Но избалованная дочь нарочно просидела в комнате до самого обеда и только получив приглашение спустится, начала одеваться. Пусть подождут.

Печальное серое платье и небрежно уложенные в пучок волосы совсем не красили молодую девушку, но зато очень хорошо и тонко выражали ее отношение к гостю. Граф же всеми силами старался вовлечь дочь в разговор, искреннее недоумевая, почему ей пришло в голову строить из себя этакую молчаливую затворницу вместо обычной сумасбродки.