Мама с проблемами

 – Нужно перебороть это твое «бесполезно».

Переиначила я сказанное Эвеном и улыбнулась.

– Ну-ну, иди, покажи нам чудо, – фыркнул тот.

– О, это я с радостью! – закатав до локтей рукава, я самой уверенной походкой направилась к дому, который по своему зловещему антуражу вполне мог быть декорацией или для «Багрового пика», или для «Оно».

Подозреваю, что на самом деле со стороны выглядело не так уж и мрачно, просто у страха глаза велики. И мне, черт возьми, было реально страшно. Но я все равно поперлась разбираться с негодяем.

Ворота оказались открыты, на каменной стене дома висела очень даже симпатичная табличка со стилизованными медными буквами все в том же готическом стиле. «Агентство Волдера Митчела» – и никаких уточнений относительно того, чем именно занимается это его агентство. Выдворяет сирот из домов?

Ну и ладно. Какая разница?

Только я шагнула к двери, собираясь в нее постучать с помощью висящего молоточка, как с той стороны послышались слишком знакомые голоса.

Почти соскользнув с крыльца, я стрелой добежала до ближайшего дерева. И возрадовалось, что его ствол достаточно большой, чтобы попытаться за ним спрятаться.

Дверь агентства открылась, и я затаилась.

– Может, его это… на охоту вытащить? Совсем он захирел со своими бумажками, тфу! – произнес самый стремный из троицы, которая еще недавно улепетывала от реалистичной куклы призрака.

Ну тот, что шире Амазонки, выше Эвереста, а рожа в мелкую крапинку, будто после умывания толченым стеклом. Возможно, мне показалось, но у него даже волосы дыбом стали, отчего он стал похож на черного ежа.

– Сам знаешь, куда он нас пошлет с этой охотой, – фыркнул толстый. – Мало ему проблем было, так еще и с этим домом… Главное, чтобы эта баба не сделала первый платеж.

– Дык, если баба – призрак, то и платеж она не внесет.

– Баба не призрак, – отчеканил толстый.

– Очень уж похожа на Белую даму.

Интересно, что за Белая дама такая и почему меня нарекли таким странным именем?

Да, когда-то эта пижама была теплого молочного оттенка, но сейчас я ее использовала только для рисования краской. Единственный цвет, который на ней нельзя было встретить, – белый. Так что прозвище я получила явно не по этой причине.