Остаться с тобой

– У меня есть спрей от ожогов.

– Давай, – она махнула рукой, уже наплевав на приличия – плечи, руки и спину ощутимо жгло, а голова была чугунной.

– Тебе придется раздеться, – голос парня был виноватым.

Алена подумала, что лучше было бы взять спрей и унести его в свою каюту, чтобы Айгуль намазала ее перед сном, но вспомнила, что соседка вернется только под утро. Всю ночь мучиться категорически не хотелось, и она обреченно ответила:

– Ок. Только отвернись. И представь что я в купальнике.

Алена осторожно сняла блузку и закрыла ею грудь, а юбку аккуратно приспустила, рассудив, что уж ноги она сможет намазать себе сама.

– Будет немного щипать, – предупредил парень и тут как всегда некстати в его каюту вошел Тан.

Возникла пауза, во время которой в голове Алены вихрем пронеслась вся картина, глазами вип–клиента, а господин Тан, увидев ее подураздетую, лежащую на диване естественно, сделал свои выводы.

– Развлекаетесь? – его английский был безупречным, а лицо каменным.

– Хочешь присоединиться? – мигом сориентировался Джин Хо, а Алена скривилась.

Он шутки шутит, а ее прямо сейчас приняли за легкомысленную не пойми кого. Ту, что раздевается после первого дня знакомства! И была права. Следующие его слова только подтвердили эту репутацию. Он поднял одну бровь:

– А девушка будет не против «тройничка»?

Он сказал специальное английское выражение, которое, однако, употреблялась в контексте не простых развлечений, типа шашек и шахмат, а в конкретном случае физической любви между двумя мужчинами и одной женщиной.

Все эти лингвистические соображения молнией пронеслись в ее голове и Алена захлебнулась злостью, а Джин Хо, который не понимал тонкостей чужого языка, просто рассмеялся:

– Боюсь, девушка сейчас мечтает совсем не об этом.

Он неторопливо взболтал баллончик и эффектно прыснул пеной ей на спину. Алена застонала в голос, а Джин Хо нежным голоском (конечно в пику молчавшему Тану) проговорил:

– Потерпи, дорогая, я только немного распределю спрей по коже.

И все время, пока на нее пшикали и слегка касались, и потом, когда она повернулась к парням спиной и сама намазала себе руки и грудь, девушка ощущала на себе внимательный взгляд Тана и чувствовала себя чуть ли не стриптизершей на сцене. Ну и пусть! – упрямо думала она. Еще не хватало ей заболеть. Думать о приличиях она будет потом.