Легендарный оборотень

–Я здесь с тех пор, как очнулся и услышал твои цепи несколько часов назад, – погромче говорит Бефор, продолжая с большим волнением, – я помню все, что происходило до изолятора… А вот как попал не помню. Тут есть кто-то еще?

–Нет, только мы. И…почему ты здесь?

–Долгая история, да и не хочу тебя отвлекать, – и тут Бефор чувствует себя полным идиотом. Да в этом месте скучнее, чем на лекциях и парах! Полная тишина и безукоризненная белизна.

–Не волнуйся, я уже тут как две недели ничем не занимаюсь, – мрачно вздыхает она, наверно опуская ладонь и чуть царапая белую тонкую стену.

Бефору все равно заняться нечем, и поэтому он начинает свой рассказ, закрывая глаза и углубляясь в свои воспоминания:

–Ты знаешь, кто такой Эмпиреан Шах? – думает, а потом добавляет, – ну, у которого еще повязка на глазу.

–Да, наверно, – с сомнением отвечает она, – По-моему, он уже сбежал из этого места. Второй раз как минимум.

–Отсюда можно выбраться? – удивляется Бефор. Но незнакомка за стеной настойчиво прерывает его:

–Потом скажу, продолжай.

Видимо, она не хочет терять такого ценного и интересного человека. Сидеть здесь в одиночку – не самое приятное, что может произойти. Точнее в белом изоляторе ничего не происходит. Совершенно.

Бефор успокаивается и продолжает:

–Эмпиреан предложил мне дуэль, так как решил…-и задумался. А что Эмпиреан тогда подумал про него? – Якобы я кого-то подговорил или шантажировал и сдал экзамен, чего не делал. Я всего лишь простой слабак, который даже защитить никого не может, – Бефор таким образом отругал себя и неловко подытожил (Рассказчик из него был никакой), – эм, в общем он назначил мне дуэль на прошлую ночь.

Бефор решил сохранить все в тайне, и не сказал ничего Тевгусу. Он все время думал о том, что может сделать и что должен. И все же он слаб. А должен спасти всех. Слишком сложно для безобидного добрячка, который находится здесь не больше месяца и крайне бесполезен.

-Может не все настолько плохо? – вставила робко она, еле слышно постукивая мягкими пальцами по белой поверхности.

–Во мне есть доброта и только, – безнадежно вздыхает Бефор, взъерошивая руками белоснежные волосы и прикрыв голубые глаза. Он уже давно отчаялся найти в себе что-то получше.

–А говоришь ничего нет.

По голосу можно определить, что она раздражена. Будто Бефор нагло врет ей в лицо, точнее в стену. От этой мысли он повеселел и невольно хихикнул.