Управленец

Ни за что!

– Не только у него есть семья. И наша задача не только убить, но и выжить.

– Да о чём ты говоришь? Как только мы закончим это меня ждёт смерть, а вы просто сядете, поедите от пуза и отправитесь куда подальше, и никто вас не найдёт. К чему такая паранойя?

– Ты не прав, – сказала Гвенет, до сего момента молчаливо наблюдавшая со стороны. – За нами ведётся охота и нам действительно нельзя попадаться. Ведь выдав себя, мы подставим всё наше братство… и хозяина.

Понимая, что сделать он ничего не сможет, Горий ещё раз окинул ненавидящим взглядом своих спутниц и, обернувшись, отправился к пленникам. Сходу влепив одному из них по лицу, он продолжил избиение.

Подруги решили отойти подальше и дать клиенту выпустить пар.

– Этих двоих…

– Да, – оборвала блондинка. – я помню. Карету в расход, а где встречаемся?

– Конезавод «Чёрная лошадь». Наша следующая жертва будет там.

Несмотря на то, что Голин рассказал обо всём ещё до того, как ему сломали несколько рёбер, мучитель не останавливался.

Как он и предполагал, Борис хорошо заплатил им за ложные показания в суде. А выступили они под чужими именами. На всякий случай. Потому-то найти их по спискам и не получалось. Настоящие же имена Горию ни о чём не сказали. Даже запоминать их он не стал.

О мотивах же самого старика эти двое ничего не знали, хоть и были ему что-то вроде личных помощников.

Громко дыша мужчина подошёл к карете.

– Заканчивайте и поехали.

Гвенет выглянула с боку, чтобы посмотреть на несчастных и сказала:

– Может сам и закончишь? Там недолго осталось.

Не дождавшись ответа, она достала кинжал и бодрой поступью отправилась к стоящим одинокой парой среди леса деревьям.

– Стой! Пусть он сам это сделает, – сказала Азалия.

Мужчина в очередной раз бросил убийственный взгляд в её сторону.

– Ты никогда не почувствуешь настоящий вкус мести, если не сделаешь это сам.

– Я не буду. Выполняйте сами, вы для этого здесь и есть.

– Ошибаешься. Мы здесь для того чтобы помочь тебе отомстить, а не сделать это за тебя. Сам подумай. Ради чего тебе жалеть их? Именно их показания сделали так, что твоё освобождение стало невозможным.