Тоска

Она собиралась устроить, заплыв баттерфляем в своей бобриной запруде. Это надолго. Можно сходить подышать воздухом.

На лестничной площадке три лифта. И нажимая на серебристый кружок, я всегда начинаю играть в интуицию. Угадываю, какой именно лифт приедет меня забирать. Из десяти случаев шесть всегда безошибочные, один неверный, потому что звук у второго и третьего всегда одинаковый, а три я не угадываю, потому что тороплюсь. В этот раз приехал первый и из новой десятки первый промах, но я его оставлю без учета.

Из зеркала внутри кабины на меня смотрит совершенно другой человек: уставший и апатичный. Круги под глазами, морщины на лбу и от улыбки только две небольших траншеи по бокам губ. Выгляжу так, словно мою кожу сначала постирали при сорока градусах, а потом поставили на двухчасовой отжим, прежде чем пришили обратно и пустили в люди. Ладно, это только прогулка, а не ланч среди джентльменов.

На улице прохладно. Застегиваю молнию и прижимаю воротник. Зонт с треском открывается, будто раскрываю парашют на десятитысячах. Полет нормальный, переизбытка воздуха не чувствую, в ногах не ломит, люди не раздражают. Обычно гуляю в парк, но туда нужно идти, если есть какие-то вопросы, что нужно разрешить. Небольшая терапия при расхламлении чердака. А, когда на чердаке нет лишних коробок, то лучше прогуляться среди людей, подслушать случайный разговор или поплавать в общем потоке.

Снова думаю о Кате и том, что она сказала, но вместо ответа, слышу строчки: «Мы мысленно делились чем попало, но отдавали то, что не вернуть. В надежде всё сберечь от снегопада, бездумно дали в луже утонуть». Вижу своё отражение в луже на асфальте и наступаю себе на лицо, оставляя лишь брызги на брюках.

А вот, если действительно, на том свете есть какие-нибудь организации, что занимаются новоприбывшими душами. То, что входит в их обязанности и, как они понимают, что кто-то прибыл? Ну, то есть это же не маршрутка, которая прибыла по маршруту и ссадила всех на остановке. После чего их встречает гид, который готов провести куда нужно.