А между нами снег. Том 2

Рядом с женщиной мгновенно оказался такой же коротконогий мужик с длинной редкой рыжей бородкой.

Олег Павлович даже опешил. В его гостинице живут незнакомые люди, готовят блины, воспитывают ребёнка (тот продолжал кричать) и ещё удивлённо смотрят на него.

– Так-так, – произнёс Олег Павлович. – Что всё это значит?

– Что именно, сударь? – произнёс рыжебородый.

– Именно то, что вы живёте в моём доме.

Рыжебородый присел на кресло, закинул ногу на ногу и ответил:

– Да много вас таких хозяев. Чуть ли не каждый день захаживают.

Чего это я вам верить должо?н, мне доказательства предоставьте. А я поразмыслю, как быть дальше.

От такой наглости у Олега Павловича даже затряслась нижняя губа, он стал заикаться:

– Д-да к-к-ка-ак у в-вас я-з-ы-ы-к…

Не договорил. Рыжебородый встал с кресла, подошёл к Олегу Павловичу и похлопал его по плечу.

– Травяной успокаивающий сбор вам не помешает. Алёнушка, побалуй сударя.

Женщина быстро скрылась на кухне, Олег стоял как вкопанный. Рыжебородый так и похлопывал Олега по плечу.

Казалось, что это безумие никогда не закончится. Олег Павлович не стал дожидаться чая, со всей силы так топнул ногой, что рыжебородый отскочил как мячик.

– Вон из моего дома, – заорал Олег Павлович.

В ответ тишина. Невозмутимое лицо рыжебородого ещё больше разозлило Олега.

Он даже не знал, как вести себя с этими наглыми жителями.

– Чтобы от вас уехать, – пробормотал рыжебородый, – мне нужно время и другое жильё. Если вы предоставите мне такое жильё, я буду счастлив.

Если нет, то мы останемся тут. Вы же не зверь какой-то. Вполне себе приличный человек. За то, что я тут живу, вы должны мне доплатить, поскольку дом в потребном состоянии и чистоте. Мне с пятью детьми оставаться на улице, знаете ли, не хочется. Неужели вам не страшно? Бог всё видит!

– Именно, – прошипел Олег Павлович, – видит… Наглость, от которой даже я – человек, проживший нелёгкую жизнь – до сих пор нахожусь в странном состоянии.

Жена рыжебородого прошла мимо Олега и поставила на столик поднос.

– Испейте, сударь, вам станет легче, – пролепетала она и опять юркнула на кухню.

Немая сцена продолжалась долго.

Потом Олег Павлович всё-таки нарушил молчание. К чаю он так и не притронулся.

– Я даю полчаса на то, чтобы вы покинули сию обитель.

Рыжебородый вдруг бросился на колени перед ним, запричитал:

– Прошу вас, сударь, но мне некуда с ними. Пять орущих ртов на улице не прокормишь. А тут мы как у Христа за пазухой.