Туманы прошлого

И Эльза не выдержала, вырвавшись и подхватив пытавшегося встать, но пошатнувшегося ребенка. У нее на руках он вернулся, охваченный судорогой, в человеческую форму. Обхватив руками и прижав к себе обнаженное тело сына, Эльза упала на колени, начав целовать сырые от пота волосы мальчишки.

– Боже мой, Логан… Боже… М-мой мальчик…

Логан шепнул тихое «мама», но прийти в сознание сил не было. Женщина бросила едва не ненавистный взгляд на спину мужа, стоявшего у стола.

– Что ты сделал из нашего сына!

– Охотника-оборотня.

Шон взял в руки склянку и оглядел стол. Сколько уже детей лежало на этом старом, деревянном столе из сколоченных досок. Сколько их привязывали здесь, чтобы вколоть этот страшный зверин, это бесценное противоядие от всех ядов. Сколько их умерло от передозировки.

– Наш малыш…

– Теперь он готов к внешнему миру. К НАШЕМУ миру.

– Он возненавидит тебя.

– Он скажет мне спасибо. Для охотника быть искусственным оборотнем – огромный дар. Он научится его контролировать.

Шон обернулся и взглянул на сына, который беспомощно обвис на руках матери.

– А не научится – будет мучиться всю жизнь, обращаясь при малейшей вспышке гнева. И сгниет от голода сущности и ненависти к себе.

Эльза дрожала, она чувствовала на своей груди горячее дыхание сына. В глазах застыли слезы.

– Мы не можем вернуться в поселение, – шепнула она, наконец, пока Шон поднимал и складывал на стол то, что разбросал метавшийся в агонии сущности Логан.

– С чего бы это?

– Он… Если узнают, что он…

– Чудовище?

Эльза замерла, ее взгляд изменился. Между тем, Шон продолжил, постепенно сойдя на крик:

– Я дам ему понять, как выжить. Выжить среди тебе подобных неженок в розовых очках. Которые загубят в нем его начало, и когда он выйдет в мир, окажется вне этих стен – его заклюют ему подобные! Потому что ни ты, ни кто-либо другой никогда не сможете его к этому подготовить, потому что вы этого не понимаете!

– Не смей называть моего сына чудовищем.

Шон замер, перестав хмуриться. Он взглянул на жену, впервые увидев, какой страшный огонь горел в ее глазах. Впервые услышав сталь в этом голосе. Впервые услышав упрек. Сейчас Эльза была похожа на волчицу, защищавшую своего волчонка, который родился слабым, и которого было решено убить, потому что он не прижился бы в стае.

– Что ты знаешь о том внешнем мире? – голос Эльзы стал словно на тон ниже.