Камень изо льда

– Вам, а не только Рафаэлю, – поправила его Эмма, Карл пожал плечами. При всей его грузной фигуре он умудрялся делать это едва ли заметно.

Рафаэль действительно утащил обоих в столовую, Карл ощутил, как на него косились, но уже привык не придавать этому значения. Он знал, что никто не подойдёт и не будет разговаривать. Никто… кроме одного.

Рафаэль и Эмма о чём-то оживлённо разговаривали, Карл крайне редко участвовал в разговоре, и то лишь в случае, если к нему обращались, – когда на их столик опустился поднос, с уже пустой посудой.

– Что я вижу. Неужели, ты вернулся, не попав в госпиталь? – спросил Клаус. Карл даже не поднял к нему взгляд, зачерпнув ложкой суп.

– Тебе там отрезали язык? Немного потерял.

– Я тебя не трогал, иди своей дорогой.

Карл действительно исчезал, пусть и всего дня на три, но вернулся вполне здоровым и даже не потрёпанным, как бывало обычно. Эмма поймала на себе взгляд Клауса, который её едва не прожёг.

– Готовишься к новой вылазке? Скоро плановые учения.

Скольких на этот раз возьмёшь с собой?

– Мне повторить?

– Нет-нет, я прекрасно услышал. Ты вечно никого не трогаешь. А после – просто госпиталь наполняется выжившими.

Клаус поднял поднос и прошёл к стойке грязной посуды, оставив поднос там. И, уже отворачиваясь, он сказал, словно невзначай:

– Ты ведь бросаешь умирать даже близких.

Раздался оглушительный скрежет, а после звук бьющейся посуды. Карл встал столь резко, что стол отодвинулся, едва не упав, а тарелка рухнула на пол, разбившись, суп расплескался.

Отшатнувшийся в ужасе Рафаэль увидел, какой огонь сверкнул в глазах его друга. Карл вдруг резко вышел из-за стола и надвинулся на Клауса, тот замер, скорее всего, не ожидая подобного исхода. Однако тут Рафаэль и Эмма, не сговариваясь, вскочили и ухватили Карла за локти. Смотрелось это до грустного нелепо, учитывая, сколь слабее на вид они выглядели.

– Ты действительно хочешь, чтобы все узнали, как это было? – Рафаэль впервые слышал, чтобы Карл кричал… – Узнали, какой крах потерпела экспедиция, и как ты, начинающий врач, бросил раненого на верную гибель в самом гнезде?! И ты смеешь говорить, что в его смерти виноват я!

Клаус едва заметно отдышался, но очень быстро пришёл в себя, даже усмехнувшись:

– Я был всего лишь медик на втором курсе, посланный для подмоги.

Главой операции был ты. И да, я не верю, чтобы эти цыплятки могли тебя удержать, – он кивнул на Эмму и Рафаэля, которые так и держали Карла.