Камень изо льда

Но после вздохнула, чуть крепче прижав к груди скрещённые руки и заговорив негромко:

– Просто о тебе ходит бесконечное количество слухов. Хороших и плохих. Но мне всегда казалось глупым верить им. Рафаэль сказал, что ты поддержал его в сложный момент. А это уже опровергает половину этих слухов. И сложно осуждать человека, который скитается по разным местам, подвергаясь всевозможным опасностям.

Эмма замолчала, смотря на лепестки цветов, которые постепенно начинали трепетать под порывами ветра. Лунный свет отражался в вечерней росе, из-за чего цвет лепестков и общая атмосфера становились истинно неповторимыми и уникальными.

– Странно слышать это от постороннего человека.

Эмма вздрогнула, быстро обернувшись. Карл стоял рядом с ней. Она не слышала, как он подошёл, поэтому очень смутилась того, что так заметно вздрогнула от неожиданности.

– У всех бывают чёрные полосы и моменты в жизни, когда хочется просто молчать. У твоего брата он тоже наступит. Не давай ему закрыться в себе.

Девушка перевела дыхание и, набравшись смелости, сказала:

– Мне кажется, что ты судишь по собственному опыту.

– Очень может быть.

– Ты закрывался?

– Я не открывался. А когда открылся единственный раз, кончилось всё тем, что я бросился головой вниз.

Эмма нервно сглотнула.

– Куда?

– Скорей, откуда.

– Откуда?..

– С башни.

– Но ведь… ты выжил.

– Какая наблюдательность.

Девушке стало настолько неуютно, что по спине пробежался холодок. Она бы никогда не подумала, что Карла могли посещать мысли о самоубийстве.

– Расслабься, ничего страшного, как видишь, не произошло, – голос юноши вырвал её из мрачных мыслей. – Понимаешь в такой момент, что всё преходящее. И, в принципе, решить можно все проблемы. Кроме одной: ты уже летишь с башни.

– Как… ты выжил?

– Спасли.

Карл отвернулся, прошёл к пригорку и сел на него, достав ещё одну сигарету. Но нахмурился, нервно выдохнув в сторону, когда рядом села Эмма.

– Я же сказал, что не хочу, чтобы ты дышала этим.

– Так не кури.

Карл невольно перевёл взгляд на девушку, после усмехнулся.

– А ты властная.

Он сделал ещё несколько затяжек, но после погасил огонёк и убрал окурок туда же, куда убрал первый. А затем вдруг положил ладонь на глаза, словно вдавив её в кожу век.

– Что такое? – с беспокойством спросила Эмма. И ей показалось, что она увидела свечение, просочившееся между пальцами юноши.

– Забудь. Это на запах табака.