Когда подует ветер

И Кирк предпочел опять-таки спрятаться за спину Томаса, чтобы его не отшлепали за такие слова.

Серге тем временем последовал совету мальчика и сверху по красным линиям провел пальцем в обратном направлении. У всех на глазах тут же произошли чудеса. Всякие линии исчезли. И теперь меню осталось абсолютно чистым.

– Ура! Получилось! – закричали все дружно. А Кетни даже расцеловала Кирка.

– Какой у нас есть мудрый ребенок. Просто сокровище.

Серге опять прикоснулся ладонью к пластине, и разнос послушно уехал, а при повторном вызове приехал абсолютно пустой, только с меню.

– Здорово, – проговорил Энтони. – Вот это техника. И готовить ничего не нужно. И посуду мыть не надо.

– Да, хорошо устроились инопланетные женщины, – согласилась Эльвира.

Томас улыбнулся.

– Не завидуй раньше времени. Может быть, такое совершенство есть только на космических кораблях. И придумано оно как раз специально для мужчин, которые летают на них.

Кетни состроила жалобное личико.

– Бедный инопланетянин.

Погиб, так и не успев пообедать. Ведь это он сделал заказ. А теперь мы съели его фрукты.

– Нехорошая смерть, ты права. Нелепая, какая-то, – кивнул Серге. – Но не будем о грустном. Лучше, давайте, исследуем следующую пластину. Иди, Кетни, дотронься до нее, если хочешь.

Кетни улыбнулась ему и исполнила его просьбу.

Ребята вздрогнули. Потому что неожиданно свет померк до сумеречного состояния и стал каким-то приглушенно-синеватым. Инстинктивно друзья потянулись друг к другу, чтобы быть всем вместе, в случае чего.

Всем стало немного жутко. Они сгрудились в кучку, а Томас взял под свою опеку Кирка и Эльвиру. Девушка, почувствовав его теплую руку на своем плече, с благодарностью прижалась к нему.

Но, оказалось, бояться было нечего. Дело в том, что следом за тем, как померк свет, из стены, неподалеку от ребят, плавно и неслышно выехала широченная кровать. Она была шириной метра два с половиной. Такая и мощная и изящная одновременно, сделанная из прочного белого пластика.

Она была застелена белоснежными простынями и огромным, каким-то воздушным одеялом. Подушка тоже была. Маленькая и, как показалось ребятам, жесткая. И судя по тому, что подушка была одна, кровать эта рассчитана на одного человека.

– Вот это да! – восторженно воскликнул Кирк, опомнившись первым. – Вот это кровать!

Он со счастливыми возгласами подбежал к ней и плюхнулся в ее восхитительную мягкость.

– Здорово! Идите все сюда.