После падения

Может быть, расстояние смягчит сердце Хардина и он согласится ко мне переехать. История наших отношений показывает, что нам очень плохо друг без друга и, сознательно или нет, в конце концов мы все равно оказываемся вместе. Мне трудно вспомнить время, когда мои дни и ночи не были связаны с этим человеком. Снова и снова пытаюсь представить себе жизнь без него, но это почти невозможно.

– Не думаю, что он и вправду предоставляет тебе решать, что для тебя хорошо и чего ты хочешь, – убежденно говорит внезапно охрипший Зед.

 – Он заботится только о себе.

– Вот тут ты ошибаешься. Я знаю, что между вами есть некоторые трения, но…

– Нет, ты не знаешь обо всех наших делах, – быстро произносит он. – Если ты…

– Он любит меня, а я его, – прерываю я. – Мне жаль, что ты оказался втянут во все это. Очень жаль. Я никогда не хотела причинить тебе боль.

Он хмурится.

– Ты мне это постоянно говоришь и все же постоянно причиняешь.

Больше всего ненавижу выяснять отношения, особенно с человеком, который для тебя что-то значит, но я должна сказать ему это, чтобы покончить раз и навсегда с… Даже не знаю, как это назвать.

Этой ситуацией? Недоразумением? Темной полосой?

Я смотрю на Зеда. Надеюсь, он видит мою искренность.

– Я не нарочно. Прости.

– Тебе не нужно извиняться. Я уже знал это, когда решил сюда приехать. Ты все дала понять мне предельно ясно еще возле административного корпуса.

– Тогда зачем ты пришел? – тихо спрашиваю я.

– Чтобы с тобой поговорить.

 – Он оглядывает комнату, потом снова смотрит на меня. – Неважно. Не знаю, зачем я пришел, – вздыхает он.

– Вот как? Несколько минут назад ты казался вполне уверенным.

– Нет. Это бессмысленно, ты правильно сказала. Прости меня.

– Все нормально, ты не должен извиняться, – отвечаю я.

Мы оба это говорим, думаю я.

Он указывает на коробки.

– Ты собираешься?

– Да, почти закончила.

Воздух между нами становится ужасно плотным, и никто не знает, что еще сказать.

Зед смотрит в серое небо в окне, я гляжу на стену позади него. Наконец он встает и говорит еле слышным грустным голосом:

– Я тогда пойду. Извини, что пришел. Удачи тебе в Сиэтле, Тесса.

Я встаю.

– Прости меня за все. Я хотела бы, чтобы многое было иначе.

– Я тоже, больше, чем ты думаешь, – отвечает он, поднимаясь с кресла.

Мне очень жалко Зеда. Он всегда был так добр ко мне, а я ничего в ответ не сделала, только заманила его и потом отвергла.