Хронополис

В такой удивительно комфортабельной позе он не забывает про мороженое. Ветка печально отламывается, кудрявый пикирует вверх ногами, в полёте умудрившись сгруппироваться и перевернуться… и – зависает в воздухе… с мороженым в зубах, потому что как можно выронить такую ценность. Оглядывается, дрыгается, пытаясь приземлиться… на обращённых к нему лицах неописуемая зависть. Несколько мальчишек решительно встают с травы и топают лезть на деревья. Светловолосый спрыгивает со стола, тоже направляется к дереву, но останавливается и предусмотрительно спрашивает:

– Сережка! А ты знаешь как спуститься?.

.

Извивающийся в воздухе Сережка сквозь зубы с мороженым:

– Поди ты к черту… Ещё издевается…

Мороженое все же падает. Вполне нормально и на голову светловолосому. Тот обрадованно его хватает: Мороженое все же падает. Вполне нормально и на голову светловолосому. Тот обрадованно его хватает:

– Ага! Проходит! – кидает мороженым в Сережку. Сережка ловит, немедленно суёт в рот и непостижимым образом целиком проглатывает, облизываясь.

 – И обратно проходит! – торжествует снизу светловолосый.

– И что? – не понимает Сережка, но тут же смекает, сдирает с ноги ботинок и роняет. Ботинок торжественно грохается. Девчонка со взрослой причёской, задумчиво и убийственно серьёзно:

– Олег, надо достать пилу… Потомки склеют… им не в первый раз… – Колчака перекашивает. Он как раз нашёл в планшете сценку из Отроков во Вселенной, где Лоб приклеил свои ботинки к потолку, а шнурки у него развязались и он сейчас упадёт вниз головой.

Смотреть Колчаку было весело, пока он не услышал про пилу. Вид у него сразу сделался такой, словно пилу принесли и у него на глазах используют как советовали. Юный народ аж заёрзал сконфуженно. Девчонка с причёской хлопает себя по лбу и берет его за руку:

– Александр Васильевич, ну простите меня, балду. – с такой умильной мордочкой что нельзя не улыбнуться. Колчак осторожно высвобождает руку и отечески гладит девчонку по причёске. Та в полном соответствии со своими словами обалдела и даже обижена – ожидала отношения как к барышне, а не как к ребёнку.

Ее соседка – роскошная чернокосая и черноглазая красавица из самых старших, лет восемнадцати – все поняла и хихикает в ладошку.

Полубосой Сережка сверху, комически мрачно:

– По частям я спускаться не согласен. И доктора жалко подводить, он хоть и царь, но тоже человек! – исподтишка посмотрев в сторону Колчака: – И адмирала тоже жалко.

На Колчака действительно стоит посмотреть.