Либертион

Но потом в голове мелькнула спасительная мысль: «Можно ведь просто заплатить юноше, не пользуясь его услугами». Подбадриваемый одобрительными криками, он поплелся за золотую парчовую занавеску, захватив с собой спасительную бутылку виски.

Он оказался в довольно тесной, душной комнате. Кондиционер работал вовсю, но даже он был неспособен уничтожить смешанные запахи духов, пудры, разгоряченного тела и едких, удушливых ароматизаторов воздуха. Их он тут же увидел – две большие чаши, наполненные цветными сушеными листьями, цветами, коробочками хлопка.

Они курились тонкими ветвистыми струйками дыма, делая воздух в комнате еще более непригодным для дыхания. Тиберий сел на диван, предварительно сделав большой глоток из бутылки.

Наконец, из динамиков полилась стилизованная под античные песнопения музыка, и в комнату вплыл минотавр. Лицо стриптизера наполовину было скрыто золотой маской, изображавшей круторогого быка. Золотом же было покрыто и тело, собственно, кроме маски, туники и калиг на импровизированном минотавре ничего и не было.

Впрочем, имелся еще хвост, длинный, с кисточкой на конце. Один конец хвоста волочился по полу, другой – исчезал между ног минотавра.

«Как ему, должно быть, неудобно танцевать с таким вот украшением, – пожалел беднягу Тиберий. – И почему он золотой? С легендарным тельцом попутали? И они еще исторический факультет собираются закрывать». Исполнив нечто, долженствующее означать танец древнегреческого воина, минотавр избавился от туники, что не заняло много времени, и остановился перед Тиберием.

Прикинув в уме, что первые два пункта программы завершены, Тиберий поспешно сказал:

– Сливки не надо. У меня, знаете ли, аллергия.

Минотавр облегченно вздохнул и опустился на колени перед клиентом. Тиберий подъема не ощутил. Не то чтобы он был уж очень брезглив, но на жрецов продажной любви сегодня как-то не тянуло.

– Знаете, откровенно говоря, я сегодня не в настроении. Много выпил… Вот. – Тиберий продемонстрировал полупустую бутылку.

 – Давайте считать программу завершенной? Я хотел бы оставить чаевые…

Он потянулся к столику, где уже заранее приметил сенсорную кассу, но минотавр умоляющим жестом остановил его.

– Сэр, пожалуйста! Позвольте мне все же доставить вам удовольствие!

Тиберий вытаращил глаза. «Конечно, похвально, что человек так любит свою работу и столь ревностно относится к служебным обязанностям, но все же немного странно.