Первый король Острова

Импила затянула дорожный мешок, отбросила прядь светлых волос, выпавшую из прически. Поправила платье цвета летней реки. Выдохнула. Кажется, всё готово. Она снова с надеждой посмотрела на отца. Но он сосредоточенно изучал содержимое кувшина.

Вождю было чуть больше сорока лет. Прежде Айканаро был рослым и сильным воином, но в последние годы он превратился в обрюзгшего, заплывшего жиром хряка. Красное, из-за частого употребления наливок лицо, лоснящаяся от пота кожа, хриплая одышка, дрожь в руках – таким его видели те, кто раньше были друзьями, а теперь превратились в охранников.

Хотя вождь продолжал носить на поясе ножны, меч он не доставал даже во время сражений.

Тщетная надежда Импилы, что отец всё-таки откажет даарийцам, была безвозвратно уничтожена скрипом двери.

В комнату вошел высокий мужчина, едва успев увернутся от удара об притолоку. Воин даарийцев отодвинул с лица капюшон, но всё-таки не снял его полностью. От одного взгляда на боевую раскраску лица мужчины Импилу пробила дрожь.

Он сделал лишь один шаг от двери и остановился.

– Нам пора ехать. Если вы не раздумали, – он говорил холодным ровным тоном, будто был в этом доме хозяином, а не посыльным или хотя бы гостем.

– Я готова. Едем, – Импила подхватила дорожную сумку, пристегнула на пояс меч и накинула белый шерстяной плащ. В дверях она обернулась и ободряюще улыбнулась отцу. Теперь только её благоразумие сможет остановить войну между племенами.

Перед домом стояло несколько даарийцев. У всех были раскрашены лица.

Черная краска на лбу и щеках вместе с грубо выделанными мехами на плащах усиливали хищное свечение глаз.

– В путь! – скомандовал даариец, выйдя из дома.

Воины оказались в седле прежде, чем их предводитель успел договорить. Импила такой расторопностью не отличалась. Разумеется, дочь вождя умела ездить верхом, но старалась этого не делать без необходимости. Импила поднялась на коня, её окружили даарийцы и отряд двинулся на юг.

Они проезжали новые селения импилайцев и выжженные деревни ваяртошцев.

Битвы с прежними хозяевами этих земель Импила видела лично. Боль, вызванная воспоминаниями, терзала сердце. Дочь вождя предпочла бы никогда сюда не возвращаться.

– Так и будем молчать всю дорогу? – Импила окликнула командира отряда, надеясь за разговором избавиться от навязчивых воспоминаний.

– А что плохого в молчании?

– Я… Почему мы вообще едем на юг? Там выгорела вся земля, почти не осталось еды и воды.