Крик

– Если меня посадят, будет совсем счастлива.

– Типун тебе на язык, – заревел он в трубку. – Даже и не думай об этом. Зациклилась на этой посадке. Ты что, морковь зимняя, чтобы тебя сажать? Выбрось это из головы.

Алька, слыша все это, говорит:

– Не пугай ты его. Говори, как у нас тут хорошо и прекрасно. Мы все-таки в отпуск приехали…

– Меня свекровь своей неподдельной радостью вдохновила.

Но Алька, конечно, права, и я стала рассказывать отцу какая у нас замечательная погода. И какой у нас с Алькой замечательный номер.

Когда закончила, спросила у Альки, когда она своим будет звонить.

– Мама сейчас на работе. У них на рабочем месте звонки не допускаются. Леночка в садике. Валерий помог устроить ее в детский сад при заводе.

– Ты с ним встречалась и молчишь? Нехорошо, подруга. У тебя роман, а ты ни слова. Неужели он запал на тебя?

– Запал, – усмехнулась Алька.

– Тогда чего не радуешься?

– Знаешь, на меня в последние годы так подействовало все что со мной случилось, что я ко всему в личной жизни стала относиться спокойно, без особого восторга и радости.

Ну если только что касается Леночки, или мамы…

– У меня тоже такое, подруга. Менеджеры мы с тобой несчастные.

И тут отворяется дверь, а на пороге двое наших из НК: Славка Самохин, ведущий экономист Главного экономического управления и Антонио Вега, генеральный директор одной из ведущих фирм. Его фирма по значимости где-то, как у Володьки Макаровского. Он испанец, и когда начались все эти передряги со следствием, сразу же уехал в Лондон.

Мы иногда вместе собирались, я имею ввиду генеральные директора, и вместе проводили время. Антонио стал для нас настолько своим, что мы между собой стали звать его Антон, что он безропотно принял. Надо сказать, он пытался ухаживать за мной. Однажды даже предложил мне встречаться. Но я не согласилась. Хотя он мне нравился. Он внешне хотя и вылитый испанец, но по характеру спокойный, сдержанный, держится всегда с достоинством. Ну настоящий идальго, как мы иногда шутили над ним. Я бы с ним встречалась, но боялась. Потому что я знала, что Дятел меня держит под колпаком и не допустит никаких личных связей с мужчинами. Тем более в НК. А если бы с я ним встречалась, об этом все быстро бы узнали. И это могло кончиться плохо, и для него тоже. Он не обиделся. Я чувствовала на себе его взгляды, но встречаться он мне больше не предлагал. А Славка Самохин сбежал с испугу, как и десятки других специалистов из аппарата НК.

И вдруг они здесь.