Жизнь в эпоху перемен. Книга первая

Таков был состав будущих школьников, с которыми Ване предстояло учиться, и чтобы дворянин выглядел достойно среди низших сословий, Пётр Фролович хотел подготовить сына к будущей учёбе, как первого ученика, тем более, что он и сам учительствовал в церковно-приходской школе и вёл уроки арифметики, как бывший офицер-артиллерист, имеющий хорошую математическую подготовку.

Когда Ваня вошёл в комнату, отец сидел в кресле за письменным столом, к которому сбоку был приставлен стул с двумя толстыми книгами на сиденье, чтобы мальчику было повыше сидеть и удобнее исполнять задания отца.

– Начнём с чтения, – молвил отец. – Я задал тебе в прошлый раз прочитать вслух два листа в книге «Столетие открытий», что лежит здесь на столе, но вижу, что ты урок этот не выполнил и книга открыта на той же странице, что и была. Как это понимать, сын? Ты опять не исполнил задание учителя или не желаешь учиться, а лишь бегать в село к крестьянским мальчишкам и порой, вместе с ними, лазить в наш сад за вишней? Я учу тебя грамоте, чтобы ты мог потом, как и подобает дворянину, поступит на учёбу в университет или кадетское училище, выучиться и быть не хуже твоих братьев, которые живут в Петербурге, имеют образование и справляют государству службу достойно, хотя и в небольших, пока, чинах.

Пётр Фролович закончил речь, не кстати, упомянув дочь, которая ослушалась родителей и едва ей минуло семнадцать лет, закрутила любовь с сыном местного лавочника, склонившего её к сожительству, и пришлось дворянину выдавать замуж дочь против своей отцовской воли. Пётр Фролович с тех пор не навещал дочь, жившую на другом конце села Охон, вытянувшегося вдоль речки Моти на две версты, но Ваня частенько забегал к сестре, которая угощала его пряниками и выглядела вполне довольной своей судьбой.

Жила Лидия – так звали сестру Ивана, вместе с мужем и вдовцом свёкром на втором этаже купеческого дома, первый этаж которого занимала лавка. Этим летом Лидия пополнела, округлилась и осенью ожидала рождения ребёнка, надеясь, что её отец, став дедом, сменит гнев на милость и примирится с ней.