Познать себя

И как я и думала, магический шар, созданный эльфом, был целиком окутан алыми нитями. Я бы даже сказала, огненными. Он будто полыхал сотнями разных оттенков. Сами нити тянулись из рук эльфа, но его ладони в свою очередь были обвиты нейтральными по теплу нитями – желтыми. Их цвет становился более насыщенным и горячим по мере приближения к сфере. Но не только ладони Джарвиса и магический шар были окутаны магией, но и еще один предмет в данной комнате. Карта. Именно на ней лежали ладони Джара и нити магии распространились по ней будто реки, ручейки, океаны.

Они накрыли собою всю карту.

Я убрала руку с плеча эльфа, и магия растаяла. На нас с эльфом, изнутри шара, смотрела черноглазая девушка и такой же удивленный, как и я минуту назад, Джарвис. Я моргнула несколько раз, будто стирая неверную картинку, и мои глаза вновь стали обычными. Такими, какими привыкли их видеть окружающие.

– Иногда ты бываешь пугающей. Я не знал, что у тебя такой взгляд. – Прозвучал голос эльфа.

– Я тоже. До недавнего времени.

Джарвис улыбнулся, и резко сложил ладони. Магический шар лопнул, а в ладонях эльфа вновь лежал мой браслет. Он протянул его мне, после чего взял второй предмет со стола.

Походная фляжка. Я уже кое-что поняла из способностей Джарвиса. И понимала, чьим предметом может оказаться фляжка. И спустя минуту сквозь стенки магической сферы на меня смотрели темные глаза Войлина. Он выглядел уставшим. И судя по его окружению он находился в лесу. Я поднесла руку к груди, будто желая остановить сердце, неистово выпрыгивающее из груди.

Я вновь протянула руку, так мне хотелось коснуться лица друга, но вместо этого обожгла пальцы. В какой-то момент за Войлином возник Дарио, проезжая мимо, и по моей щеке скатилась слеза. Не в силах сдержать эмоции я прикрыла рот рукой, ощущая, как дрожат пальцы. Они живы. Они правда живы. И когда Джарвис сложил ладони и потянулся за третьим предметом, я стояла, не сводя с него глаз. Я благодарила богов за то, что мои друзья были живы. Я благодарила Джарвиса за то, что в нем живет такой дар, способный рассказать мне об этом.

Нож, как я уже успела понять, принадлежал Нейранду. И когда я увидела его лицо. Его смеющиеся желтые глаза мне так же захотелось улыбаться. Когда мы расходились, Нейранд был единственным, с кем мне не удалось попрощаться, ведь он так и не успел прийти в сознание. И тот факт, что он был жив, здоров и улыбался, как и прежде, грел мое сердце.

– Спасибо.