Аспазия

– Юноша, – с восторгом вскричала Эльпиника, – ты делаешь честь своей родине! Ах, если бы наша афинская молодежь была так вежлива и скромна! О, счастливая Спарта! О, счастливые спартанские матери, жены и дочери!

– Правда ли, – спросила Телезиппа, – что спартанские женщины самые прекрасные во всей Элладе, я часто слышала это?

Казалось, этот вопрос не доставил юноше большого удовольствия. Его ноздри слегка вздрогнули, и он не без волнения, хотя небрежным тоном, отвечал:

– Если резкость и грубость форм и женская красота одно и тоже, то спартанки первые красавицы, если же изящество и благородство решают вопрос, то первенство следует признать за афинянками.

– Спартанский юноша, – сказала Эльпиника, – ты говоришь, как говорил Полигнот, когда он приехал в Афины с моим братом, Кимоном и просил меня служить моделью для прекраснейшей из дочерей Приама в его картине. Я позировала ему в течение двух недель.

– Ты Эльпиника, сестра Кимона! – вскричал юноша, с удивлением, – Приветствую тебя! О тебе и о твоем брате Кимоне, друге спартанцев, говорил мне мой дед, Астрампсихоз, когда еще ребенком качал меня на коленях и такою, какой он описывал мне тебя, стоишь ты теперь передо мною.

Теперь я припоминаю также прекраснейшую из дочерей Приама на картине Полигнота, я видел ее вчера и не знаю чем более восхищаться: тем ли, что картина так верно передает твои черты, или тем, что ты так похожа на эту картину.

У сестры Кимона навернулись слезы на глаза, ее сердце было очаровано: так как говорил с нею этот юноша, с ней никто не говорил вот уже тридцать лет.

Эльпиника хотела бы обнять всех спартанцев, но не могла прижать к груди даже этого одного, зато наградила его нежным взглядом.

– Амикла, – сказала жена Перикла, обращаясь к женщине, появившейся в перистиле, – ты видишь перед собою земляка, юноша приехал из Спарты.

Затем, обратившись к юноше, она продолжала:

– Эта женщина была кормилицей маленького Алкивиада, взятого моим супругом в наш дом.

Здоровые и сильные спартанки всюду считаются лучшими кормилицами. Мы полюбили Амиклу.

Юноша отвечал насмешливой улыбкой на короткий поклон, которым встретила его полногрудая, краснощекая спартанка. Что касается кормилицы, то она в свою очередь рассматривала его взглядом, в котором выражалось сомнение.

– Удивительно, какого развития достигают формы этих лакедемонянок, – сказала Телезиппа, – глядя вслед удаляющейся спартанке.