Стреляный воробей

Как настоящая террористка.

Дениска терпеть не может ссор. Тем не менее, конфронтации в нашей семье имеют место быть постоянно, и его «сварометр» всегда настроен на нужную частоту, он выдает тревожный сигнал задолго до того, как я начинаю что-то чувствовать через свою толстую носорожью шкуру.

Мы отпираем гараж, и я выдаю моему маленькому воину его оружие.

Он принимает его настороженно, вспоминая свое недавнее ранение. Снимает перчатки, пальцы пробегают по кантам, проверяя, не слишком ли они затупились.

– Отлично, пап! – говорит он мне.

– В чехле ведь хранилось, – отвечаю я и продолжаю бормотать что-то успокоительное про прекрасную погоду и вспоминать вслух, куда же я дел отвертку. Постоянно говорить – мой способ эмоциональной разрядки. Когда-то я пересказывал Денису начальный курс органической химии, и он засыпал у меня на руках.

– Не смей ничего ему петь, – говорила мне жена. – У тебя слишком дрожит голос.

Все верно. Я слишком боялся своего отцовства. Да и сейчас боюсь, кажется, так же, хотя обстоятельства изменились не в лучшую сторону.

Достаю с полки крепления, высыпаю в ладонь сыну болты с шайбами.

Наконец находится отвертка, и мы прикручиваем, куда нужно, крепления, выверяем угол и спорим:

– Кажется, было по двадцать.

– Ты упал, пап? По двадцать я буду похож на краба из «Губки Боба».

Было по пятнадцать.

– Да, ты прав… двадцать – это режим в стиральной машине. Переднее у тебя было пятнадцать. А заднее чуть поменьше.

– Заднее, наверное, десять.

– Ставим десять, и я возьму с собой отвертку, чтобы можно было переставить.

– Только не как в прошлый раз. Помнишь, когда ты ее потерял, кто-то потом приделал ее вместо носа у снеговика.

Мы переглянулись и засмеялись.

– Не потеряем, – пообещал я. – На этот раз я положу ее в рюкзак.

Выгоняю машину, бросаем на заднее сиденье сноуборд с прикрученными креплениями и термос с чаем. Дениска садится рядом со мной, шлем он держит на коленях, так бережно, словно юный палеонтолог – голову доисторического человека из музея.

Погода сегодня такая, какая нужно. Всю неделю шел снег, а в субботу взял себе отпуск, и под убийственно-яркое солнце выползли, словно большие насекомые, оранжевые машины коммунальных служб с оранжевыми человечками в брюхе. Мы стоим на перекрестке и ждем, пока проедет вереница грузовиков со снегом.

– Повезли на дачи олигархам.

– Каким олигархам?

– С большими холодильниками.

Мы провожаем глазами последний грузовик.