Иуда

Иуда видел, как взор Его скользнул мимо него, уходя вдаль, и чувство зависти омрачило его душу. Он лег опять и стал угрюмо смотреть пред собой. Прошло несколько минут; вдруг он услышал голос Незнакомца.

– Как тебя зовут?

– Иуда! – отвечал он, не поднимая головы.

– Иуда! – повторил Иисус, и на мгновенье точно тень покрыла Его лицо. Но она быстро исчезла, и Он продолжал:

– Так вот, Иуда; когда ты почувствуешь себя призванным, приходи, – Я буду ждать тебя.

И снова Он медленно пошел от него прочь.

Иуда глядел Ему вслед, борясь сам с собой. Он чувствовал побуждение встать и пойти за Ним, но какой-то неопределенный страх парализовал его волю. Наконец он порывисто вскричал:

– Кто же Ты? Как мне Тебя найти?

Иисус снова остановился и ответил:

– Когда время настанет, ты сумеешь Меня найти! Он как будто стал выше, и лицо Его сделалось лучезарным. Он приблизился на один шаг к Иуде, поднял руку и сказал:

– Помни, Иуда! Ты не должен ненавидеть!

Затем Он повернулся и вскоре исчез среди скал.

Когда Иуда не мог больше следить за Ним взором, он снова лег и впал в глубокий сон.

VI

Когда он вторично проснулся, солнце стояло уже высоко на небе. Он пролежал сначала несколько минут с закрытыми глазами и с таким чувством, будто он видел что-то во сне и хочет это вспомнить. Но вспомнить он не мог, и у него явилось желание заснуть опять, чтоб в сонном состоянии к нему вернулись ускользнувшие грезы, как вдруг он увидал пред собой чье-то лицо.

Он вздрогнул, сел на земле и посмотрел вокруг. Никого не было; он был один.

– Неужели это был только сон? – подумал Иуда.

Затем он вспомнил события прошедшего дня, встречу с Иоанном, свое бегство через пустыню, разговор со старцем; но все это припоминалось ему лишь смутно и неполно, как будто это случилось давно. И мысль об этом не волновала его больше, не пробуждала больше в его душе тех чувств, которые держали его в своей власти накануне.

«Какое мне дело до Иоанна!» – с презрением сказал он себе и снова углубился в думы о чем-то, что касалось его ближе и находилось в связи с лицом, которое он все время видел перед собой.

Но он не мог отдать себе ясного отчета; это представлялось ему до такой степени странным, до такой степени бесформенным, и он снова постарался стряхнуть это с себя, повторяя мысленно, что это был сон.

Он опять лег на спину и стал смотреть на небо, вздымавшееся над ним высоким синим сводом.