Жалеешь. Миры ТОЗМС

Ну, сегодня хоть одета прилично: ради первого сентября я натянула белую блузку – в прошлый раз, когда сестра что-то натворила, я явилась к директору в футболке с котом из мемов, который показывал средний палец. Мой внешний вид не оценили… Надеюсь, кислотно-зеленые штаны не заметят.

Кабинет директора располагается на пятом этаже, и я уверена, что это сделано только ради того, чтобы до него добирались только самые упертые родители. На лестнице куча школьников разных возрастов, которые ужасно мешаются под ногами, не позволяя развить достаточную скорость.

– Твою мать! – ору я больше от злости, чем от боли – кофе давно остыл.

– Вы мне? – переросток оборачивается, демонстрируя белую кожу и вампирские серебряные глаза.

Чем их кормят? Он выглядит лет на двадцать!

– Нет, твоему дедушке! – шиплю я в бессильной злобе, глядя на испорченную одежду.

Не слушая его ответ, я обгоняю его и бегу в туалет. Пятно не замыть – блузка и так достаточно старая, так что с ней легче попрощаться. Я судорожно роюсь в рюкзаке – должна быть хоть какая-то альтернатива, я рюкзак сто лет не разбирала.

Альтернатива находится на самом дне – смятая черная футболка, в которой я в прошлом году ходила на физкультуру в школе. Сегодня я опять произведу на директора впечатление, но вряд ли хорошее.

– Можно? – стучусь я в кабинет.

– Входите, – директор хмурится, разглядывая меня.

Фина с трудом сдерживает улыбку: спереди на моей футболке крупными белыми буквами надпись «Сисьадмин».

Главное – не поворачиваться спиной, потому что там красуется оптимистичное: «Не бывает маленьких сисек, бывает плохое зрение!».

Кроме сестры, перед директором сидит бледный паренек лет пятнадцати, а какой-то парень в строгом костюме отвернулся и рассматривает дипломы на стене кабинета.

– Извините за опоздание, в меня врезался какой-то му… – парень поворачивается, и я узнаю того придурка, из-за которого на мне теперь дебильная футболка.

– …ужчина, – договариваю я. – Какой-то мужчина.

– Вообще-то, это вы в меня врезались! – ледяным тоном замечает незнакомец, и я закатываю глаза.

Сам виноват! Скользит по мне равнодушным взглядом, задерживается на пирсинге в губе, в носу и брови. Презрительно морщится.