Последний портрет Леонардо

Более того, именно французы помогли ему решить такие щекотливые вопросы, как наследство и выполнение обязательств перед Флорентийской республикой. (Получив задаток за картину «Битва при Ангиари», да Винчи не выполнил условий договора – краски на стене потекли и картина не была окончена. А флорентинцы обязывали великого мастера либо вернуть задаток, либо переписать картину заново). И вот в одно мгновение, вместе с уходом французских солдат, почтенная старость для великого художника и исследователя оказалась лишь призрачным видением.

А да Винчи уже шестьдесят. Он не тридцатилетний молодой человек, который, покинув Флоренцию, едет на службу в Милан. Ему не сорок семь лет, когда он, лишившись своего покровителя Лодовико Сфорца, возвращается из завоеванного французами Милана обратно на Родину. Ему шестьдесят. А за плечами не совсем безупречный для итальянца багаж прошлого: пышные приемы, устроенные французскому королю-завоевателю Людовику XII, служба у его наместника – Шарля Д» Амбуаза; служение Чезаре Борджиа – папскому сыну, а по совместительству дьяволу; так и не отлитая конная статуя, неудавшийся эксперимент с красками «Битвы при Ангиари».

Но самое печальное то, что на небосводе славы о нём забыли. Уже давно прошла эйфория от его «Тайной вечери», стёрлась из памяти небывалая известность, которую принесла Леонардо его гигантская модель коня, и жители Флоренции больше не толпились перед выставленными полотнами мастера. Теперь в Италии другие кумиры: у всех на устах Микеланджело и Рафаэль.

В 1513 году уже пожилой да Винчи идёт на поклон к папе Льву X (Джованни Медичи, сыну Лоренцо Великолепного). Тот помог – Леонардо переехал в Бельведер и стал получать… целых 33 дуката в месяц, в то время как мальчишке Рафаэлю за его работы платили тысячи дукатов. И всё же Леонардо из Винчи никогда не прекращает своей деятельности. Он изучает, ставит опыты, рисует наброски и картины, и… не оставляет попыток найти более могущественного и щедрого покровителя. Задействовав все свои связи, он пообещал самый главный труд своей жизни в обмен на поддержку короля Франции.

Этот труд был для него как выпестованный, долгожданный ребёнок для матери, но поскольку Леонардо не любил маленьких детей, то для него эта работа сопоставима с великим произведением искусства. Подобно тому, как талантливый скульптор случайно натыкается на, казалось бы, совсем обыкновенный кусок мрамора, так и Леонардо когда-то давно заинтересовался старинным текстом.