Отражение в стекле

Когда Артём спросил, куда они идут, ему никто не ответил точно, и лишь в очередной раз указали на «чрезвычайную секретность» места. Но вскоре юноша и сам начал догадываться о том, где это место находится: многоквартирные дома постепенно начали редеть и вместо них уже всё чаще появлялись старые участки с частными ветхими домиками, больше похожие на нежилые и покинутые. Из-за этого мысль неожиданно всё отменить проскакивала всё чаще и выглядела всё более заманчиво, а сама авантюра начала казаться глупой.

– Тормози, шеф, пришли! – вывел Артёма из задумчивости Макс.

Этот дом был заметно более новым, по сравнению со многими тут: кирпичная основа была сделана в три цвета и создавала незамысловатый узор, в пластиковых окнах уже горел тусклый свет, по черепице на крыше барабанили капли, спускающиеся по сточной трубе прямо на дорожку, которая шла вокруг всего дома. Сам участок тоже был раза в два больше других, прямо возле широких ворот виднелась крыша гаража, а из дома иногда доносился приглушенный смех.

Гараж был открыт, в нём стоял черного цвета массивный внедорожник, а рядом с ним скромно уместился камуфляжный квадроцикл, выглядящий, как минимум, смешным на фоне чёрного гиганта.

– Эй! – Макс постучал в запертую дверь дома и оглушительно свистнул. – Открывай, медведь пришёл!

– Урод, ты окончательно мозгами тронулся? – раздался шипящий голос из-за двери вместе со щелчками замка.

В дверях стоял парень, несколько ниже Артёма ростом с бритой головой. Вместо рук были самые настоящие горы мышц, как, в прочем, можно было сказать и по всему остальному телу. Маленькие глазки смотрелись смешно на лице амбала, но и они давали понять, что он был настроен максимально серьёзно, однако через несколько секунд немая сцена закончилась и они с Максом обменялись рукопожатиями, громко смеясь.

– А в остальном рад тебя видеть, Морж! И тебе привет, Стас. Только это кто? – Пока они переговаривались, Артём успел заметить, что новый знакомый, как и Макс, почти всегда кричит во время разговора, что могло бы говорить о плохом слухе и последствиях громкой музыки. Однако теория сразу рушилась под напором спокойной и не кричащей речи Стаса, который пусть и работал диджеем, но даже повышал голос всего на несколько нот выше, что не так сильно раздражало.