Урядник Сазонов. Хорошие и приятные стихи

Он так же играл свой любимый мотив

И так же, как в детстве, случалось был битым.

Но женщины были с него без ума

И раны его омывали слезами.

Он щедро распахивал им закрома

Души своей, и козырными тузами

Способностей емких преграды и боль

Сметал, оставаясь предельно доступным.

Урядник Сазонов, чердачный король,

Насилию чужд был и планам преступным.

Четырнадцать лет пролетели как сон.

Сказал Комсомол: «До свиданья, Сазонов!

Ты был в своем деле всегда чемпион,

Но нам надо знать и других чемпионов».

4

Урядник Сазонов «Полюстрово» пил

И думал о тех, кто, от жажды страдая,

Идет из последних оставшихся сил

По знойной пустыне, судьбу проклиная.

Сазонов был с жаждою тоже знаком

И клял в тот момент день и место рожденья,

Правительство, партию, горисполком

И прочие все гос– и партучрежденья.

Бутылку «Полюстрова» выпив до дна

И сдав ее тут же в «Прием стеклотары»,

Взяв двадцать копеек (бутылка одна

Была у него), он зашел в промтовары

И выбрал по вкусу пять пачек «Невы»,

Чтоб утром, проснувшись в шесть тридцать, побриться.

Небритых подонков он до глубины

Души ненавидел. Заросшие лица

В Сазонове сразу будили тоску,

И боль головная все мысли глушила.

Он, словно кабан, из засады к броску

Готовился тут же, и дрожь его била.

И чтоб эту подлую дрожь истребить

В себе, он на страшную грубость срывался.

Небритых подонков часами мог бить

Сазонов, покуда весь не выдыхался.

Он сам всегда выбрит был, как колобок,

Не видел заросшим никто его сроду.

Был бритвенный чист и опрятен станок

Сазоновский. Он, невзирая на моду,

Усов не растил, не растил бороды

И каждое утро скоблил свои скулы.

А после смывал, не жалея воды,

Все мыло. И даже впадая в загулы

С веденьем нетрезвого образа дней,

Ночей, вечеров, по утрам, как из пушки,

Он брился и словно из театра теней

Являлся, чтоб выпить оставшийся в кружке

Портвейн или херес, а может, коньяк,

Ведь жажда страшнее, чем холод и голод.

Знал это Сазонов, он был не дурак,

Хотя по годам был достаточно молод.

5

Урядник Сазонов, любимец богов,

В веселом подпитии шел по бульвару.

Песок приглушал скрип его сапогов,

И он незаметно наткнулся на пару,

Которая, все позабыв на земле,

Сидела, друг дружку обняв, на скамейке.

Был поздний момент, солнце скрылось во мгле.