На грани

Наконец-то я смог сполна насладиться моментом настоящего, не задумываясь о будущем. Я видел Бостон на фоне Атлантического океана и этого было вполне достаточно, чтобы позабыть обо всём на свете, даже о боли моего измученного тела.

Подобно всему хорошему и плохому, что когда-либо окружало меня, это созерцание также закончилось. Теперь нам нужно было преодолеть расстояние более двух миль вновь, с разницей лишь в направлении. С каждым шагом моя уверенность в том, что я обессиленный упаду на землю, увеличивалась.

Но этого, к счастью, не случилось.

Почти пять часов мы ехали до Монреаля, провинция Квебек, Канада. Мы миновали «гранитный штат» Нью-Хэмпшир и Вермонт – невероятно красивый штат. Мы теперь были в Канаде. Вся Америка оставалась позади вместе с тем, что я успел узнать о жизни. И дорога привела нас в конце концов в волшебную страну – страну, колдовская сила которой нам и не снилась. Впереди нас ждал целый мир, ждали нас и высоченные заснеженные горы севера, которые мы видели только в кино.

Последний взгляд на Америку, оставшуюся за яркими огнями границы, – и мы повернулись к ней спиной и задним бампером автомобиля и умчались прочь.

Спустя мгновение, наступившее лишь через четыре часа дороги, мы уже были в Канаде и за все пятьдесят миль, отделявшие границу и Монреаль не видели ни машины, ни огонька. Я наконец-то ожил, а ведь ещё в Бостоне я едва ли мог передвигаться. Теперь вся Канада была у наших с Питом ног. На улице вечерело. Как раз тогда над Монреалем забрезжила вечерняя заря и на небе стали появляться первые звёзды.

В сумерках летнего города мы едва ли различали очертания зданий. И всё же после длительного поиска мы не нашли пристанища на эту ночь. Мы вновь расположились в машине. Пит, который, казалось, мог смириться с любыми условиями, безмятежно спал на переднем сидении. Я же заснул с трудом.

Усталость постоянно одолевала меня, но что-то внутри не давало мне уснуть. Какое-то беспокойство с возбуждением смешались с естественными эмоциями в моей голове.

Но как только я ясно осознал, что это ни что иное, как нервная перегрузка и переизбыток эмоций, то уснул словно младенец.

Следующим утром я проснулся без чьей-либо помощи, чему изрядно удивился. Только открыв глаза и ещё не сосредотачивая взгляд на чём-то конкретном, я уже почувствовал прожигающий меня насквозь взгляд Питера. И я не ошибся: в зеркале заднего вида я заметил, что он смотрит на моё сонное лицо.

– Наконец-то ты проснулся.