В огне

Боль тисками сдавливает виски, слезы душат, я не выпускаю их. Хочется орать. Это то, что должно было произойти, чтобы я поняла? Нет, я поняла это раньше, но не хотела ничего с этим делать. Нет пути назад. Прошла только неделя. Он не тревожил меня, но сегодня пришел, сюда в дом моей матери, хватило же наглости. Я ненавидела его прежде, за отношение к себе, теперь я ненавижу его такой ненавистью, которой даже не хватает места внутри меня. Я собрала некоторые вещи, которые могут пригодиться мне первое время. Пока ждала такси, обошла весь дом, разглядывая все, как в первый раз.

Я впустила его, потому что нет сил сопротивляться. Какая мне теперь разница, я все равно уезжаю. Он сразу обратил внимание на чемоданы у порога, мой взгляд не выражал ничего. Пусто.

– Отдых пойдет тебе на пользу, mana milestiba

.

– Это не отдых. Я возвращаюсь в Россию.

– Если тебе нужны деньги..

– Мне не нужны ТВОИ деньги. Говори, зачем пришел и проваливай.

Он приближается, хватает меня за подбородок и вздергивает его вверх, заставляя меня смотреть на него.

– Мне не нравится твой тон, berns

.

– Отпусти меня. – Я почти молю.

– Не могу, детка. – Качает головой. Дьявол. Телефон звонит. Спасибо Боже.

– Это такси. – Сглатываю ком, образовавшийся в горле.

– Отмени.

– У меня самолет через два часа. – Не замечаю, что шепчу, почти потеряв весь воздух.

– Хочу, чтобы ты умоляла, mana milestiba*. – Он опускается передо мной, проводит языком по моей нижней губе, я издаю легкий стон.

– Прошу. Тебя. – Мне правда нужно успеть на самолет, но я ничего не могу сделать с влиянием этого мужчины, я ненавижу его, ненавижу себя, но когда он касается меня..

– Просишь о чем? – Сладко. Томно. Одним движением руки он задирает вверх мое легкое летнее платье и стягивает к коленям мои трусы.

.

Он бросает меня на диван, я тяжело дышу, когда его горячие властные губы касаются внутренней части моего бедра. Нет, я не могу себе этого позволить, я омерзительна сама себе. Это дом моей мамы, ее диван, это ее мужчина! Ногами отталкиваю его от себя, подрываюсь с дивана. Этого не произойдет больше, не здесь. Никогда больше. Его грудь вздымается и опускается, так же часто, как и моя.