Бирюзовый Глаз

А потом я опять заснул, только Города больше не видел – никогда нельзя предугадать, когда будут показывать город, а когда бессвязную галиматью. Постоянно просыпался после какой-нибудь новой невнятной бессмыслицы, что снились все утро. Окончательно продрал глаза только к часу дня: разбудил домофон.

У ворот кто-то долго и упорно домогался отклика. За окном светило низкое зимнее солнце, бледно голубело небо, весело сверкал снег, и жизнь вдруг показалась совсем не такой мрачной и пугающей, как минувшей ночью.

На экране домофона маячила симпатичная рыжая девушка в горнолыжном костюме и с цветными лыжами в руках.

– Э, привет. Слуш, пусти, наконец!

Помня наставления своего нанимателя, я накинул синтепоновую куртку, вдел босые ноги в зимние ботинки, и прям так, не зашнуровываясь, отправился к воротам.

– Теперь ты что ли здесь живешь? – обескуражено спросила гостья, разглядывая меня в маленькое окошечко. – А где Абдель?

«Что еще за Абдель такая?» – подумал я, а вслух сказал:

– Абдель? В Москве видимо.

– Скоро вернется? Ты кто?

– Сторож, на хозяина работаю. Он весной, наверное, приедет. Не раньше. Когда снег стает.

– Вот сволочь!

– Это почему же это? – заинтересованно произнес я. Девушка мне явно нравилась. – Я вроде бы ничего плохого не сделал.

– Да не ты. Абдель. Че-то не канаешь ты на сторожа! – выдала свое мнение девушка. – Слуш, дай погреться, посушиться? А? Замерзла я, промокла, заболею, наверное, теперь.

– Щас, – сказал я и выбрал на мобильнике номер Леонида. – Тебя как зовут? – спросил я, повнимательнее посмотрев в лицо девушки. У нее были удивленные карие глаза, слегка вздернутый носик и всегда улыбающийся рот. Девушка была крепенькая, сильненькая, похожая на ту самую куклу, что стояла в шкафу в гостиной.

– Оксана, а что?

– Ничего, надо же нам как-то разговаривать. Сейчас спросим… Привет! – ответил я, когда на том конце канала связи кто-то взял трубку.

– Она меня слышит?

– Нет, – кратко пояснил я.

– Молодая такая, жизнерадостная? С широким ртом? Значит, та самая. Ну, раз так просит, пусти, что ж теперь, – неожиданно легко согласился Леонид, – только изнутри ее не очень прогревай. Нельзя ей этого.

– Почему?

– Алкоголь ей нельзя, – уточнил Леонд.