Пасквиль для Пушкина А. С.

Все прошло гладко, доверчивые и обязательные гувернантки со спокойствием приняли ложь Натальи Николаевны. В самом деле, она была насторожена из-за нахождения мужа в неизвестном месте.

– Еще чайку, Наталья Николаевна? – спросила нянька, кивнув со льстивой признательностью на кусок оставшегося торта, больше схожего с пирожным. Пушкина отказалась.

– Прикажите, чтобы пирог убрали, Ирина Кузьминична, мой муж вскоре должен появиться, – сказала Пушкина, не подав виду, что ушла в себя с сомнениями и раздумьями о нем.

– Будет исполнено, госпожа, – не снимая лукавства, но придавая исполнимость, ответила одна из нянек, отвечавшая за продуктовую часть.

– Гинька, подь сюда! – выкрикнула она горничную.

Но что происходило дальше, Наталье Николаевне было недосуг. После рождения полгода назад еще одной дочери на Каменном острове Наталья Николаевна не хотела, чтобы здоровье ее отразилось на ее мучениях от недомолвок с ее мужем Александром Сергеевичем. Но эта женщина – дочь виртуоза-скрипача и Натальи Загряжской, всегда относящейся к правильному образу жизни и питанию, требующей соблюдения требуемых норм для естественного обитания и быта.

Повидавшись с юным Григорием, оставила его с нянькой, которая в этот момент занимала некоторое время вместо кормилицы, Наталья Николаевна доверяла Глафире больше, чем Кузьминичне. Но и по-своему относилась к старшей по годам второй прислуге. Считая, что на ней все хозяйство и держится. Юный Александр – первый сын – и старшая дочь Мария на зимнее время были в Москве у сестры Ольги.

Пока они недолгое время там находились выездом из Варшавы, ее супруг служил в польском царстве. Попрощавшись с самой юной Пушкиной, Натальей, семи месяцев от роду, поинтересовалась у нянек ее самочувствием.

– Отдыхает барыня Наташенька юная, посопела, посопела, да и заснула, не переживайте, ступайте, отдыхайте. Чую, с вами недоброе, как бы сами не заболели, Наталья Николаевна, – сердобольная Ненила шестидесяти лет отроду являлась нянькой и надсмотрщицей над гувернантками и кормилицей Натальи Сергеевны Пушкиной, ребенка поэта.

Наталья Николаевна Гончарова доверяла и этой женщине, зная, что та и в самом деле была услужлива к хозяевам, хоть и получала оклад на две копейки ниже, чем Кузьминична. Согласившись с ней, Наталья Николаевна Гончарова отправилась в опочивальню по коридору, где звуки могли доноситься в тихое время, что редко нарушало ночную тишину.

Под утро заснув, Наталья Николаевна не слышала шаги в соседней комнате прибывшего мужа.