Мое криминальное счастье

Понимаешь, о чем я?

Тимур не понял, но кивнул, сосредоточенный на процессе «исцеления», который никак не срабатывал, а девка продолжила:

– Теория такая есть, – она словно забыла за что ей платили и использовала язык не по назначению. – Каждый на земле знаком друг с другом через цепочку рукопожатий. В среднем как-то подсчитали и вышло пять человек, ты – шестой. Только в моей работе не рукопожатия, а минеты.

– Хватит, – оттолкнул ее Тимур, натягивая брюки.

– Не понравилось? – Та, что секунду назад стояла на коленях обиженно поджала губы.

– А сама не заметила? Не бери в голову. Врач сказал, что явление временное, я просто проверить решил.

– Расскажешь?

Уж чего в ней было такого, что немедленно развязало язык уже самому Тимуру, неизвестно, но он вывалил все и ему даже полегчало. Немного.

Тогда-то он и узнал об «особенных» услугах.

– Мужик всем заправляет, Рудый кличка. Под шестьдесят ему уже, но до сих пор своей империей рулит. И девок поговаривают собирает как на субботник, сразу толпой.

О мужской силе Рудого Тимур знал. Об этом легенды ходили еще в приснопамятные девяностые. Проститутки из-под него едва живые выползали. Так может судьба ему послала эту болтушку? Вдруг Рудый знает какой-то секрет?

Исходя из чего, он сделал вывод будто секрет откроется и ему Тимур не анализировал, просто действовал по предлагаемым обстоятельствам и плыл по течению.

Позже, конечно, передумал, посчитав, что проститутка запудрила ему мозги, не желая возвращать деньги за плохо сделанную работу, но в итоге все же принял непростое решение попробовать.

Терять уже точно было нечего.

Глава 2

Инга брела вдоль набережной, слышала вокруг смех, громкие голоса, детские счастливые выкрики и не понимала, как люди могут продолжать радоваться, когда жизнь дала трещину. Неужели они не понимают насколько все ужасно и нет никакого выхода?

Почему они так себя ведут?

Ответ был простым и очевидным. Это ее жизнь сломалась, ей придется справляться с теми последствиями, что ждут их семью.

Взойти на парапет отделяющий набережную от реки, встать на самый край, так, чтобы видеть собственное отражение в темной воде, а потом просто шагнуть вперед и покончить со всем.

Будет больно. Но та боль продлится какое-то время, совсем короткое и закончится разрывающейся вспышкой в груди.