Насмешка Артиста

Она явно поняла, что это был укор в первую очередь в ее сторону. Но в лице она совсем не изменилась. Вениамин все еще видел сильную женщину, недовольную происходящим, но ни на мгновение не обвиняющую себя в произошедшем.

– Только не говорите мне, что я виновата в смерти Дмитрия. А если бы у нас вообще камер не было? Да, система сломалась две недели назад. Я хотела вызвать ремонтника, но отец был категорически против. Видите ли, ему не нравилось, что камеры «смотрят» на его произведения.

– Это как так? Что это значит?

– Он где-то вычитал, что каждый объектив является «наблюдателем».

То есть, каждая камера – еще один глаз, смотрящий на картины. По его мнению, это обесценивает его произведения.

– Почему? Должно же быть наоборот.

– Наверное. Но мой отец – не такой, как все. Он мыслит иначе. К своим картинам он относится с трепетом. «Чем больше кто-то чем-то дорожит, тем меньше он желает этим делиться с остальными» – его слова.

– Просто каприз, не считаете?

– Считаю. Мы пришли к разногласиям, но я не стала игнорировать его просьбу.

К тому же на камерах все равно горят красные лампочки. Этого достаточно, чтобы воры даже не задумывались о краже. Иной раз лучше просто припугнуть ложью, чем кропотливо работать над правдой.

– Отличная фраза. Хорниева, запиши себе.

– Подождите. – молвила Хорниева, игнорируя шутку. – Вы говорите, что мы бы нашли общий язык с вашим отцом. У него есть какая-то теория?

– О, да. Он думает, что несчастного мужчину убили из-за него.

– Но вы так не думаете, верно?

– Я вообще предпочитаю не думать об этом.

У меня и так прибавилось забот.

– Хорошо. – Вениамин задел Хорниеву за локоть. – Мы поговорим с вашим отцом.

Тамара кивнула и направилась вдоль коридора к главному залу. Вениамин деловито провожал её взглядом, скрестив руки на груди.

– Мне кажется? Или вы действительно пялитесь на ее зад? – возмутилась Хорниева.

– Вы не почувствовали?

– Что?

– Эта женщина испытывает ужас меньше, чем любой из ментов.

– Кстати, да. Она недовольна, но не взволнована.

И вы до сих пор пялитесь на ее задницу, Вениамин. Это ужасно.

– Да почему я не имею право пялиться на чью-то задницу?

– Потому что это некультурно, Вениамин.

– О, господи! Культурность этого заведения зашкаливает. И это убивает меня. Мне нужно хоть как-то разбавить эту концентрацию культурности. И вообще! У нее отличная задница. Грех не попялиться. А вы, видимо, завидуете, лейтенант?

– Чего?! – Хорниева покраснела от злости.