Аттестат зрелости

Одна-единственная Галь, у которой рассказ подруги вызвал смешанные чувства, спросила ее в качестве проверки, куда же подевалось ее свободолюбие, за которое она всегда так ратовала.

– Тебе-то что? – грубовато парировала та. – Да, я готова пересмотреть мои принципы ради понравившегося мне парня. Только почему это тебя задевает?

– Меня? – вспыхнула Галь, приложив руку к своей груди. – Меня это совсем не задевает.

Выпалив это, она склонилась к Шахару, чтобы спрятать лицо у него на плече.

– А вы встречались с тех пор? – отвлекла подруг от конфликтного момента Шели.

– Нет, – заверила их Лиат. – Томер, как я сказала, работает. Копит деньги перед армией. Своей машины у него нет. Чтоб увидеться друг с другом, нам придется добираться на автобусах. Но ничего! Главное, чтобы было на то желание. А оно, по всей видимости, есть. Томер часто мне звонит, мы много общаемся. Я рассказала ему о вас, – слащаво завершила она свой монолог, подмигнув приятелям.

– Надеемся, только хорошее?

– Только самое лучшее, – подтвердила Лиат.

– Ты права, – неожиданно для самой девушки воскликнул Шахар, выражая ей поддержку. – Желание встречаться должно быть главным, а транспорт является уже вторичным делом.

Галь вспыхнула от новой досады. Желание… да, именно оно было главным определяющим в отношениях любящих. О, если бы Шахар постоянно подтверждал ей свое желание быть вместе!

– Знаешь, Лиат, – уверенно произнес Хен, – я – человек компанейский, но должен заметить, что если бы мои друзья узнали об этом обстоятельстве, то они вели бы себя с тобой иначе.

Лиат взглянула на приятеля с бесконечной благодарностью, но сконфуженно напомнила, что Томер, к сожалению, живет далековато, и он не смог бы заступиться за нее.

– Это не важно, – ответил Хен. – Сам факт того, что у тебя есть парень, изменил бы многое. Это я, как мужчина, тебе говорю.

– Не понимаю, – задумчиво сказал Одед, до сих пор безмолвно прислушивавшийся к беседе, – почему наличие друга или подруги предписывает окружающим, что тебя надо уважать, а их отсутствие – нет? Разве одинокий парень или девушка сами по себе ничего не значат, и за это их можно пинать ногами?

– Я объясню, – сказала Шели.