Аллергик

Говорят, всех, кого увидят, убивать будут. Вы чё, ща вообще опасно на районе.

– А ты чего на улице тогда? – спросил встревоженный Алик.

– Да я боксёр, мне не страшно. А вот вам точно надо сливаться домой.

Даже не заметил, как мы прошли мимо остановки вдоль дороги.

– Мне домой надо. На автобусе, – сказал я, опомнившись.

– Так ты всё-таки не местный, а? – подался на меня парень.

Мы остановились. На противоположной стороне улицы людно: шли домой с работы дяди с пивными банками и тёти, гружёные продуктовыми пакетами.

– Слышь, а сколько время ещё раз? – кучерявый парень смотрел на меня зло.

Я достал мобильник.

– Слышь, а дай я сам посмотрю. Я отдам, не боись.

Я передал кучерявому мобильник. Тот взялся за него двумя руками, всё нажимал на кнопки и приговаривал, что, мол, крутая мобила, а что там ещё в ней есть, целый органайзер, круто так.

– Отдавай обратно, ну, – говорил я. – Мне домой уже надо.

Алик молча смотрел на мобильник и этого парня. На горку, сопя, подымался усатый мужик.

Я смотрел на него долго, надеялся, что он смекнёт, но он прошёл мимо.

– Ну чего ты там делаешь-то? – спросил я у парня.

– Да погодь, ща-ща, – ответил спокойно кучерявый.

Он резко развернулся и спрыгнул в сторону от дороги, под бугор. Парень почти скрылся из виду, когда мы с Аликом перестали тупить и побежали за ним. Я бежал, чувствуя, как во рту слюна насыщается железным привкусом, сдавливает лёгкие, но всё равно бежал и смог догнать парня. Я толкнул его, и мы упали. Я пытался ухватить его, но он бил и бил меня по голове, кажется, сначала кулаками, а потом, когда смог чуть высвободиться, привстать, – ногами.

Я чувствовал, как подошва его кроссовок касается моего лица и оставляет жгучие следы, и я уморился, ослабил хватку – тогда парень и дёрнул. Алик появился через мгновение и поднял меня: «Там во дворе мусора стоят, давай, Диман». Пошли во двор, остановили ментов и давай наперебой их залечивать:

– У нас украли мобильник!

– Он убежал в ту сторону.

– Просто отнял мобильник и убежал.

– Мы шли, а он время спросил.

– Кучерявый такой!

– Боксёр, говорил.

Менты возили нас по району на серебристом форде с синими полосками. В салоне я начал кашлять и никак не мог остановиться. Только выкашляешь, кажется, всё, что есть в лёгких и горле, сплюнешь как следует, в окно, а оно откуда-то всё равно возвращается.

Один из полицейских задвинул:

– Эх, пацаны. Если время вас спрашивают – вот, – он отнял руку от руля и показал часы.