Князь Мышкин и граф Кошкин

Обычно сидел за компом в огромных студийных наушниках, и абсолютно не интересовался, что вокруг происходит. Даже расположение рабочего места у него было весьма специфическое. Сзади и с правого бока стена, с левой стороны шкаф и небольшой промежуток для прохода, а спереди, прямо перед монитором, здоровый горшок с китайской розой. Севка вообще был сам по себе, а тут вдруг такое.

–Что ты сказал?–запал у Макса, судя по всему, закончился.

–Это не я сказал, а ты,–невозмутимо произнес Севка, потом вылез из своей норы и встал между ребятами,–Вот что, мужики, давайте без фейс контроля.

Ты князь Мышкин, он граф Кошкин. И, все! Квиты! Сейчас Галина Санна придет, кому надо вставит.

Г.А. молча выслушала участников конфликта, потом пошла к шефу на доклад и забрала с собой Макса. Не знаю, о чем там говорили, только вернулся он красный, как рак, и весь остаток дня молчал.

В общем, все обошлось. Любанина программа работала, только зависала время от времени, но Андрюха Палей, видимо, чувствуя за собой вину, что ему из–за диплома пришлось нас «бросить», просидел над ней трое суток, но причину нашел.

Проект сдали успешно. Заказчик остался доволен и предложил нам сделать еще одну работу.

Этот инцидент ушел в прошлое почти без последствий. Разве что, в ходу у нас теперь были выражения типа «проведем фейс контроль» (в смысле, выясним причину) и «давай без фейс контроля» (мол, не будем напрягаться). И, еще. После этого случая, мы частенько именовали ребят не иначе, как «князь Мышкин» и «граф Кошкин», правда, только за глаза.

Вроде, все было как всегда, но это только казалось. Ну, во–первых, Котов и Князев по работе больше никогда не пересекались. Г.А. сознательно развела их в разные стороны и строго за этим следила. Во–вторых, поведение Макса стало другим. Не то чтобы он изменился, скорее притих. Работать Макс теперь предпочитал либо вечером, либо дома. Днем в отделе появлялся редко, только когда сделанное нужно было показать начальству или, если по какой–то причине требовалось его личное присутствие.

В этих случаях чувствовал Макс себя неуютно. Сначала сидел тихо, потом характер брал свое и он начинал давать советы, предлагать идеи, даже пытался помогать, но потом спохватывался и замолкал.

***

Как–то я рылась в столе и обнаружила подаренный Максом сувенир. У игрушки был жалкий вид. Придавленная книгами, вся в пыли она напоминала скомканную тряпку. Я кое–как привела ее в порядок и поставила на стол.