Три шершавых языка

Этот был как раз тот случай, когда каждый не знал, что хочет получить от него собеседник. Просто так выдавливались вопросы, без особого интереса и цели. Хотя Марк не особо был благодарен Курту за то, что тот существенно затруднил пребывание в приюте, но затаенной обиды на него не держал. Вся логика поступков Курта для него была сейчас достаточно ясна и в некоторых местах неоспорима.

– Ты не в университете, случаем, учишься? – спросил Марк. – Я пару раз наталкивался на твою фамилию в списках. Думал, ты, не ты…

– Я, да, – ответил Курт.

 – Я тут уже второй год. Ты тоже инженегр?

– Я пошел на конструктора, – ответил Марк. – Подумал, что нет ничего более достойного, на что стоит тратить свою жизнь.

– Ну, это правильная позиция. Только сильно не зацикливайся на этом. Есть много других явлений, на которые ты не смог обратить внимание. Просто твой кругозор сейчас достаточно узок, ввиду недавних мест пребывания. С другой стороны, ты можешь с удивлением для себя открыть, какой нелепый все-таки сделал выбор.

Да это, в принципе, неважно. Делай дело и не думай ни о чем, – сдался наконец Курт. Говорил он как всегда много и чересчур заумно, но сейчас достаточно мягко. – Ты, кстати, куда сейчас?

– На пару, матан, будь он неладен.

– Не хочешь пропустить?

– Нет, не могу. Слишком рано для начала карьеры прогульщика, – отвертелся Марк. – А ты как здесь? – спросил он из вежливости.

– Я тоже за стипендией, но лучше подойду завтра утром.

– Понимаю!

– Ну, тогда еще свидимся!

– Обязательно! – без особой радости ответил Марк.

Курт кивнув развернулся и побрел по своим делам. Марк же продолжил свое озадаченное стояние в очереди. Как бы ни было, в будущем нужно держаться от него на расстоянии, в конце концов заключил он.

Курт, как оказалось, после прощания с приютом поступил в этот же университет, затем после двух месяцев обучения куда-то исчез. Дал о себе знать он много позже, почему-то в Англии, отправившись туда со своими новыми знакомыми.

В следующем учебном году он вновь объявился у ворот учебного заведения, намереваясь продолжить обучение. Непонятно по каким причинам, но ректор, резко категоричный в таких случаях, не стал прогонять его, а сквозь зубы процедил, мол, пусть учится.

Глава 14

Чуть позже Марк часто пересекался с Куртом в различных местах университета. Впоследствии вообще оказалось, что некоторые предметы были общими.