Фиолетовое солнце. Роман

Земля-то круглая или, как известно, там, где выход близок и вход, где что-то заканчивается, тут же что-то начинается.

В эту же среду мы с Пастором Геннадием посетили Арт-Салон Тонечки Крузенштерн. Он любезно мне составил компанию. Тонечка давно приглашала меня на чайную китайскую церемонию. И в этот раз я поехала, предварительно заручившись поддержкой Пастора.

Духовный наставник, как говорится, должен принимать хоть какое-то участие в жизни жертвы. Ой, что я говорю! В жизни пациента. Тьфу ты, опять не то! Пока привыкнешь к здешним словам и их понятиям… Эх… В общем, стоит немного разбираться в текущей, обыденной жизни наставляемого.

Там, мы пили чай по всем церемониальным правилам. Чай разливали, наливали, переливали, заваривали, и опять всё повторялось заново. Некий чайный ритуал, движенья рук, вспышки клубов пара, запотевшие стеклянные мензурки, капли влаги, стекающие по их стенкам. Ворожба, чайная ворожба. И клубящиеся вокруг неё разговоры. Любят эти люди культы, возводить что-то в культ.

В салоне собралось немного людей. Был полковник Коэн, близкая подруга хозяйки салона Кэт, активист и начинающий поэт Протёртыш, Гена и я. Пастор, в миру просто Геннадий или Гена – мой старый добрый товарищ, в котором каким-то образом сочеталась разгульная жизнь прогрессивного андеграундного музыканта и набожного человека. Как и положено – вечером пьянка, утром раскаяние и молитвы. Ничего необычного впрочем, почти как у всех, не так ли?.

Тонечка была поэтесса и йогиня. «А что ещё человеку для счастья надо?» – спросите вы. И будете совершенно правы, гибкость ума и гибкость тела, наверняка, пригодятся в этом мире совершенных идей и совершенных людей.

Весь вечер на арене был полковник. Как одиозный герой всем известного фильма он постоянно отсыпал комплименты хозяйке салона. «Я как старый полковник, не знаю слов любви, но Тонечка…» Далее, как правило, следовал некий пошлый комплимент.

Тёплый чайный вечер закончился чтением стихов. Протёртыш был сначала немного пуглив и стеснителен, но под конец разошёлся. Я слушала задумчиво. Картинка завораживала. Салон был оформлен весьма недурно, тем более он одновременно служил Тоне и квартирным пристанищем и йога-центром.